Юсупов. Серое Братство

Как настоящий фанатик, который всю жизнь был предан одному делу. И в словах Белова сквозило, что это величайшее благо для человечества.

— И вместе мы могли бы добиться этого, — продолжил Белов.

Я тяжело вздохнул:

— В последнее время я начинаю терять хватку. Я уж думал, что виной всему этому «Баюны».

Белов кивнул:

— Вы были недалеки от истины. «Баюны» и правда хотели найти измененных гвардейцев из двух разросшихся полках. Они желали освободить заточенные в людях сущности, вернуть себе братьев по разуму и оружию. И чтобы затем устроить в Империи хаос и панику чужими руками. И я вызвался с ними поработать. Даже создал точную копию Довлатова, чтобы не было так скучно. Мне крайне не рекомендуется покидать закрытую территорию. Но сами понимаете, мастер Юсупов, мне плевать на этих фанатиков. У меня были свои интересы в Империи.

Я молчал, обдумывая слова Белова. И с ужасом понимая, зачем он так открыто и подробно поведал мне эти секреты. Теперь я знаю слишком много. И от этих знаний у меня могут появиться большие проблемы. В первую очередь, с Синодом. А возможно и с Братством. И вступать в открытый конфликт со вторыми я опасался больше всего.

От этой мысли, несмотря на работающую способность «спокойствия», мне стало не по себе. На лбу выступила холодная испарина. И заметив мою реакцию, Белов довольно усмехнулся:"

"— Я же предупреждал вас, мастер Юсупов, что поделюсь с вами очень важной информацией. После получения которой вся жизнь по-другому пойдет. Так что теперь у вас есть нехитрый выбор. Стать моим учеником, или скрывать ото всех неудобную правду, которую услышали в этом кабинете. И возможно, тогда вы спокойно проживете несколько лет. А затем Синод все равно узнает, что вы общались с отступником. И тогда ваша жизнь скорее всего превратится в Преисподнюю.

— Я могу стереть себе память, — напомнил я, и Белов кивнул, подтверждая эту идею:

— Можете. Но Синод все равно скорее всего постарается от вас избавиться. Сами понимаете, отступники, которые оказались в столице Империи, эксперименты которые идут вразрез с учением Высшего и на которые жрецы дали добро.

Он замялся, а затем вздохнул и молча покачал головой. И я с тяжелым сердцем вынужден был признать, что Белов не соврал.

Глава 25

Спасение

— Вы не поверите, какие знания хранит сторона, которую вы называете темной, — горячо продолжил Белов. — Там нет запретов для экспериментов. Например, о создании человеческих копий, которые недопустимы в Империи. Представьте, что можно создать человека, у которого не будет прав. Это ведь настоящая находка для экспериментов. На этих болванках можно испытывать новые препараты. Их можно разбирать на запчасти для подданных империи. Ими же пополнять ряды воинов. И не замечать потерь.