Дикая фиалка Юга

Я миссис Розалия Эдванс, это мой сын Хантер Эдванс. У нас плантация на другом берегу Уичито, ""Розовая магнолия"". Мы были по делам в Монро, услышали, что в Свит- Крик вернулась наследница. Решили заехать, выразить вам свое соболезнование. Я хорошо знала ваших родителей, с вашей мамой, мисс Мэри Крофорд, мы учились в одном пансионе вместе. Бедная девочка, как я вам сочувствую! В один день потерять все - родителей, дом, плантацию.

Она замолчала, внимательно смотря на меня. Ну, а что я? Я поддержала эту комедию. Всхлипнула невидимыми слезами, вытерла глаза и нос рукавом пропыленного платья. Хотела высморкаться, но сочла это уже халтурой, перебор, в общем. Пока вытирала глаза, украдкой посмотрела на Хантера. Вот его совсем не впечатлило мое показательное выступление. Счастье от вида моего светлого облика в его глазах сменилось неудержимым хохотом и весёлыми чертиками. Самый мелкий чертёнок так даже язык мне показал, ей- ей!

Я спохватилась - что ж я гостей держу на пороге! Пригласила их проходить внутрь, извинившись, что пока вынуждены жить в уцелевшем от пожара флигеле. Тесновато, конечно, но не жить ведь мне под открытым небом! Балы мне давать сейчас не с руки, да и траур. И гостей не принимаю, не хватает места для гостевых комнат. Это я так ""тонко"" намекнула, чтобы дорогие гости не рассчитывали на долгое гостевание. Чаю попили, дух от жары перевели и арривидерчи синьора энд синьор!"

"Провела в гостиную семейство Эдвансов, предложила усаживаться в кресла. В доме было чисто, но все равно со стороны кухни остро и хлестко пахло краской. Ещё раз извинилась, пояснив, что по вине нерадивой прислуги, сжегшей кастрюлю с обедом, теперь приходится ремонтировать кухню. Поэтому у нас все нынче по- простому, а'ля натюрель, так сказать. Клери быстро испарилась и вскоре вернулась с подносом с вазочками и чайником. Следом шла Ливви, она несла поднос с чайной посудой. Я пригласила гостей отпить чаю, с чем Бог послал. Сегодня он нам послал, кроме чая, пирог на патоке, отдельно в небольших розетках была сгущенка. В вазочке - конфетнице, которую я отжала у одной ""хозяйственной"" дамочки в поселке, горкой были насыпаны кубики ирисок. Я по- прежнему сидела в пыльном костюме, хотя от жары и пота кожа под ним невероятно зудела. Невыносимо хотелось почесаться, как шелудивому кабыздоху, но я терпела. Оставила это на ""сладкое"", так сказать. Как тяжёлую артиллерию, если гости не проникнутся моей непригодностью, как невесты. Только перчатки сняла.

Я мрачно грызла по чуть- чуть кубик ириски, запивая чаем. Нагуливала аппетит и злость. И вспоминала, чем нас сегодня будет кормить на обед Эжени. Готовила она на печке- времянке, за флигелем был небольшой навес, и там была плита и рабочий стол. И раньше, в жару, всегда готовили еду на открытом воздухе.