Одри, герцогиня Йорк

Одна из фрейлин читала вслух роман о некоем рыцаре и благородной даме, за благосклонность которой он отважно, до смерти, сразился на турнире.

При появлении раббатора все тут же встали и низко поклонились. Последней поднялась Аманида. Шагнула к позднему гостю и поцеловала воздух над морщинистой рукой.

— Раббатор Нолан, — негромко, притворно смиренно молвила она, — рада вашему визиту.

— Как вы, дочь моя? — мягкий голос священнослужителя успокаивающе обволакивал. — Оставьте нас, — обратился он к служанкам и фрейлинам.

Женщины тут же зашуршали многочисленными юбками и вышли, плотно притворив за собой дверь. Королева и раббатор остались одни.

Устроившись в креслах напротив друг друга, помолчали.

— Может, вина? — предложила Аманида.

— Пожалуй, откажусь, дочь моя. Я ненадолго, — отрицательно покачал головой раббатор, огладив охроон, висевший на груди, продолжил: — Пришло письмо. Его Величество просит вас вернуться домой.

Тёмные глаза королевы блеснули победным огнём: Карл попросил! Она ему нужна!

— Ежели вы нашли ответы на свои вопросы, чувствуете, что готовы вернуться, завтра же поутру подготовим для вас карету, и вы отправитесь в путь.

Её Величество посмотрела в глаза собеседнику, но тот не выдержал чёрной мглы в очах Аманиды и тут же отвернулся, устремив взор на пляшущие в очаге язычки карминно-золотого пламени. Хмыкнув про себя, королева облизнула кончиком языка свои неестественно алые тонкие губы. Итак, можно возвращаться во дворец. Отрезанная от внешнего мира, она получала жалкие крохи информации о том, что происходит в королевстве. Но прежде, как только она окажется за стенами святости, наймёт людей, чтобы выкрали раббатора Нолана и привели его к ней.

Амулет Хозяина совершенно точно указал на сидевшего рядом с ней человека, и пусть артефакт светился едва-едва, но сердце старика однозначно подходило для ритуала. Получается, Нолан был замечательным человеком, со светлыми помыслами, ни разу в жизни не причинивший никому зла. Старый священник являлся неистинным магом со слабым даром целителя, его душа полнилась любовью ко всему живому, а это редкость, если учесть, где он жил и кто его окружал. Аманида давно пришла к выводу, что святость безнадёжно прогнила. Но дотянуться до желанного Нолана и вырезать его сердце пока не представлялось возможным. Она также знала, что где-то в мужской святости содержат бастардов с магическими способностями, вот только до них добраться ещё сложнее, свои сокровища раббаты стерегут пуще любого золота. Впрочем, среди неистинных редко когда находятся нужные ей люди.

— Да, завтра поутру покинем эти благословенные стены. Я соскучилась по сыну, — медленно кивнула Её Величество и услышала, как тихо, облегчённо выдохнул раббатор.