Эволюционер из трущоб. Том 3

— Курить в отделении запрещено! — на прощание гаркнула медсестра, но продолжать разговор с ней никто и не собирался. Она взяла стул, поставила рядом с моей койкой и осуждающе посмотрела на меня. — Очнулся? Горемыка.

— А какой сейчас год? — спросил я, ломая комедию. Почему-то мне показалось, что будет забавным изобразить потерю памяти.

— Год, когда тебе несказанно повезло. Если бы кровь твоего папки не подошла, сейчас бы ты червячков подкармливал. Так что как выпишем тебя, в ножки старому кланяйся. Считай, спас он тебя, — сказала медсестра, делая мне перевязку.

Сперва она размотала бинт, и на груди осталась большая марля, пропитанная красно-оранжевой жижей. Судя по всему, это была кровь, смешанная с какой-то мазью. После старуха плеснула на повязку перекись водорода и кровь стала шипеть и пузыриться. Через минуту медсестра просто сорвала повязку, а я скривился от боли.

Опустив взгляд на грудь, я, мягко говоря, обалдел. Глубокий след из трёх когтей тянулся от ключицы и до самого пупка. Каким-то чудом тварь не вспорола мне брюхо. А вот грудь изорвала порядком. Из раны снова стала сочиться кровь, поэтому медсестра торопливо наложила новую повязку с мазью, туго забинтовала и вколола мне пять кубов обезболивающего.

— Тяжело дышать, — пожаловался я.

— Лежи и не дрыгайся. Два ребра сломаны, если не зафиксировать, криво срастутся.

Медсестра собрала грязную повязку и старые бинты, после чего двинула к следующей палате. Из её слов выходит, что мне сделали переливание крови. Теперь мы с Гавом кровные родственники? Ха. Что ты там, Мишаэль, говорил? Был бы не против, если бы капитан стал твоим отцом? В некотором роде так и произошло, ведь он спас мне жизнь. Хотя, ничего я ему не должен. Теперь мы в расчёте.

Глаза закрылись сами собой, и я проснулся к моменту, когда развозили ужин. Улыбчивая тётка вкатила в палату тележку и зыркнула на мужиков, которые снова резались в карты.

— Ребятушки, вы, если в столовую не поспешите, то всё разберут.

— А какой час-то? — спохватился Семёныч.

— Так полшестого уже.

— Тьфу! Твою мать. Из-за этого дождя не поймёшь, день сейчас или ночь, — выругался старик. — Спасибо, Валюш, — ласково добавил он и вместе с подельниками рванул в столовую.

Женщина проводила их взглядом и направилась ко мне."

"— А для вас, молодой герой, у меня блюда с доставкой на дом. — Женщина по-доброму улыбнулась, сделала реверанс и, звонко рассмеявшись, села на край кровати, держа в руках чашку супа, в котором было больше воды, чем других ингредиентов.

— Я сам могу есть, — сказал я.

— Конечно, можешь. Но пока ты лежишь у нас в отделении, за твоё питание отвечаю я. Прекратить болтать и рот открыть, — деловито сказала женщина и запихнула мне в рот ложку супа.

Солоноватый, едва ощущается вкус моркови, лука, и курицы.