Эволюционер из трущоб. Том 3

Подобные кадры станут балластом в бою, но при этом обладают колоссальным опытом, который терять было форменным идиотизмом. А Архаров был кем угодно, но не идиотом.

В одном из кабинетов царила тишина, нарушаемая лишь шелестом бумаги и клацанием по клавишам клавиатуры. За компьютером сидел капитан Гаврилов и пристально всматривался в кнопки, выискивая нужные буквы. Слева от него, за соседним письменным столом, расположился Кирпич. Он, как и капитан, сосредоточился на важном занятии. Он писал заявление на перевод в спецподразделение «Три топора».

— Станислав Карлович, а как правильно пишется «Три тОпора» или «Три тАпара»? — спросил Кирпич, почесав ручкой висок.

Гаврилов вздохнул и шепотом проговорил, дописывая предложение:

— Самолично закрыл разлом первого ранга. Отправить. — Капитан посмотрел на Кирпича с жалостью. Такой молодой, отважный, сильный… и тупой. Ну как так-то? Гавр покачал головой и протянул бойцу новый бланк. — Просто подпиши, а я за тебя всё заполню.

— Спасибо, товарищ капитан! А то ведь я с буковками — не очень. Моё дело головы отвинчивать, а не закорючки выводить, — просиял Кирпич и шустро поставил подпись.

— Я так и понял, — хмыкнул Гаврилов и протянул руку бойцу. — Поздравляю тебя со вступлением в группу специального назначения «Три топора». — Порывшись в столе, он достал лоскут ткани и передал его Кирпичу. — Вот тебе шеврон. Тренировки будут проходить круглосуточно. За полгода сделаем из тебя машину для убийств, а после и на задания поедешь наравне со всеми.

Сказав это, Гаврилов вспомнил что этих «всех» в отряде с гулькин нос и нужно устроить донабор, а потом ещё обучить всех, пропустить через пламя войны, из выживших заново сформировать костяк группы… Одним словом, работы было море.

— Макс! — рявкнул Гаврилов, и в комнату зашел бритоголовый боец, которому на вид было лет пятьдесят. — Забирай новобранца и начинай тренировать. Чуть позже я подключусь.

Макс расплылся в довольной улыбке. Подошел к Кирпичу и шлёпнул его по плечу так, что парень едва не свалился со стула.

— Поздравляю! Вместо обычной смерти ты выбрал умирать каждый день на тренировках. Хе-хе. — Кирпич напрягся и посмотрел на Гаврилова. — Да всё уже. Дороги назад нет. Идём. Тебя ждёт изнурительная тренировка длиною в сутки. И это только начало.

В глазах Кирпича читалось горестное «Памагити!!!». Но было поздно. Крепкие руки Макса подняли бойца со стула и поволокли в коридор."

"Гаврилов проводил их взглядом. А, когда дверь закрылась, взял со стола тот бланк, который Кирпич пытался полностью заполнить самостоятельно. Вчитавшись в закорючки, капитан вынес вердикт:

— Вот же баран. Отважный, но безграмотный.