Эволюционер из трущоб

Тем более, что соответствующий запрос уже был отправлен в Ирбит, просто парень проморгал вспышку.

Влепив служивому пинок на прощанье, Гаврилов сел в машину и передал по рации: «Отправляемся».

— Зестоко, — сказал я, посмотрев на капитана.

— Из-за таких затупков на фронте и происходят потери, — сурово сказал Гав, как будто вновь вспомнил прошлые годы. — Вот представь. Город атакован противником. Здания горят, тут и там происходят взрывы, гибнут люди, повсюду стрельба и хаос. А этот дурак стоит и, как баран, требует какую-то накладную на выезд. Тьфу ё-моё. Опять забылся, что с сопляком разговариваю. Откуда тебе знать, что такое война, — покачал головой капитан. В глаза его застыло непонятное выражение, здорово смахивающее на горечь.

— Я много ситаю, — самодовольно заявил я.

— Да иди ты. Вундеркинд чёртов. В таком возрасте уже и читать умеешь? — присвистнул Гав. — А у меня половина бойцов читать не умеют. Да и на что им грамота? Автомат держать умеют, защитными артефактами пользоваться знают как. А большего и не нужно. Верно говорю, Костик?"

"— Станислав Карлович, так-то верно, но не совсем, — отозвался водила, а сидящий справа от него гладко выбритый боец обернулся и насмешливо посмотрел на капитана.

— Поясни, — серьёзно сказал Гаврилов.

— Помните, как-то вы отправили Трохина на склад за провизией? Дали ему список необходимого, а он вместо сухого пайка набрал коробок со сливочным маслом?

— Ага, Карлыч, ты тогда маслица, поди, на всю жизнь наелся. Сколько мы его жрали? Недели две или три? — подначил боец, сидящий рядом с водилой.

— Леший, ну не сдохли же с голоду, — парировал Гав.

— Не сдохли, но поджелудочную железу посадили капитально, — усмехнулся Костик.

— Скажи спасибо, что хоть масло было. Помнишь, чем питались, когда Талицу штурмовали? — спросил капитан.

— Так точно. Кротами, мать их за ногу, — лицо Костика скривилось, как будто он прямо сейчас ощутил вкус отвратного мяса во рту.

— А ещё тогда мне капитана дали. За то, что повёл в атаку взвод, а назад вернулись лишь пятеро… — задумавшись сказал Гаврилов.

— Карлыч, хорош тебе. Главное, что я живой вернулся, — подбодрил капитана Леший.

Друзья невесело рассмеялись и погрузились в задумчивость. Дальше поехали молча. Только шины шуршали, да ревел мотор. Я смотрел в окно и любовался бескрайними лесами. Мы проехали деревню с вывеской «Речкалово», через четыре километра свернули направо и пересекли реку Кочёвка рядом с посёлком Зайково.

Дорога прекратила петлять и вытянулась практически в ровную линию, идя параллельно реке Ирбит. Леший с тоской проводил взглядом Зайково и сказал:

— Знаете, а я ведь почти женился. Встретил Машку из Зайкова, ох и грудастая баба, — с удовольствием сказал Леший. — Мы с ней по всем сеновалам прошлись.