Эволюция (СИ)

Видно, самочувствие у него не очень.

— А медпаки? Почему не использовали медпаки?

— Они… Забрали.

Это заявление меня удивило. Нахрена доминаторам медпаки? Кого они там собрались лечить?

— У нас все есть, — тут же отозвался капитан медслужбы. — С большим запасом.

— Это хорошая новость. — Раттлел немного оживился. Признаюсь, разительная перемена в поведении уверенного в себе боевого офицера, даже меня напугала.

— Сначала помощь раненым, — предложил я. — Красс, все, что в «Титанах» заносим внутрь. Виктор, мы с тобой займемся обороной. Роккерт, собери своих инженеров, у нас много работы. Остальные…

Послышалось какое-то мычание. Возня.

— А, черт… Блин!

— Убери от меня руки, мразь. Вы все, охренели? Меня никто не хочет поставить в известность? — это полковник Тангер, все это время стоявший в наручниках за спинами десантников, с кляпом во рту, только что освободился от кляпа.

— Полковник? — майор Раттлер сильно удивился.

— Он не в себе, — пробормотал Виктор.

— Это я не в себе, ты старая японская свинья? — Тангера переполняла ярость. Видимо до него дошло, что он практически потерял всю власть и теперь приказы отдает не он.

Да, не он. А кто? Я и сам не заметил, как у меня начали проявляться лидерские качества, хотя раньше подобного не было. Все чаще ко мне обращались люди Роккерта, некоторые десантники. Все проблемные моменты обсуждались вместе с Крассом и его это тоже устраивало. И хотя лидером я не был, думаю, мало кто стал бы возражать. Эвакуация с «Фауста» говорила сама за себя, а ведь большую часть решений там принимал именно я.

— Ах ты, гражданская крыса! — Тангер впился в меня взглядом. — Какого черта ты распоряжаешься? Я полковник!

— Если бы распоряжался ты, полковник, все твои люди и экипаж «Фауста» взлетел бы на воздух! И некого было бы сейчас эвакуировать.

Со всех сторон послышалось одобрительное гудение. Каждый десантник уже был в курсе того, что у полковника сорвало башню, а его действия бездумны. И его решение сидеть и ждать разведку окружающей местности, могло стоить жизни всем. Тангер никого не слушал, полагался только на свой опыт… А потому допускал фатальные ошибки, но не хотел признаваться в них. И хотя десантники отлично знали своего командира, особой любовью он никогда не пользовался. Уважением, да. Но когда он начинал пить, то напоминал глупое разъяренное животное.

И сейчас полковника уже сняли со счетов. Ярость, буквально переполняла его.

Но Раттлер событий последних дней не знал.

— Что происходит? Зачем наручники? — он увидел на запястьях Тангера браслеты.

— Майор, эти люди перехватывают власть, ты должен им помеш… Хрясь!

Каким бы здоровяком не был полковник, но мощный удар в нос все-таки отправил его на бетонный пол. Рядом стоял Барнс,с перекошенным от злости лицом.