Этрусское зеркало

Алиса пришла в восторг. Девушкам нравятся широкие жесты… - тоскливо произнес Глеб. - Потом он раскланялся, сел в свою машину и укатил. А мы пошли к Алисе домой. Она прятала от меня глаза, обрабатывая мои раны и ссадины…

Он показал пальцем на рубец у виска.

- Это зарубка на память. С той драки. Я был уничтожен, раздавлен… С тех пор ее чувства ко мне стали таять. Она даже физически охладела ко мне, перестала реагировать на мои ласки. Кажется, они стали ее тяготить. А я… вопреки всему, все сильнее, все мучительнее любил ее. Я сходил с ума! Я не видел способа что-либо изменить, исправить и приходил в бешенство от собственного бессилия. Тогда как он - великий и непревзойденный - не упускал случая доказать ей свое превосходство.

- Алиса позвонила ему?

- Конечно, позвонила! - с горечью воскликнул Глеб. - Надо было ее знать! Она обожала романтических героев… верила в них, как наивный ребенок верит в сказки. Думаю, она позвонила ему еще до утра, чтобы выразить свою благодарность за чудесное спасение. Со мной же ей было противно разговаривать. Она избегала меня… Я хотел объясниться, растолковать ей, что, будь ее «герой» без машины и телохранителей, один против всех… кто знает, как бы он повел себя! Алиса не желала ничего слушать… Женщины такие упрямые!

- Да, не повезло тебе, - согласился сыщик. - Вы с тех пор так и не помирились?

- Мы не ссорились… просто Алиса стала отдаляться от меня. Потом мы опять начали встречаться, но это было уже не то… Между нами стоял он. Всегда, даже в интимные моменты.

Глеб еще много говорил, но Смирнов слушал вполуха, обдумывая, как задать ему следующий вопрос.

- Почему Алиса ушла из дома? - дождавшись паузы в монологе Глеба, спросил он. - Ты знаешь? Она говорила что-нибудь?

- Я перестал ее понимать… Однажды возле агентства я увидел одного мужчину… он показался мне отвратительным. А потом я как-то видел его с Алисой. Не представляю себе, что у них могло быть общего? Вернее, не представлял… до сегодняшней ночи. Так… догадывался. Да ты меня не особенно слушай, я ведь могу ошибаться. Влюбленный свидетельствовать не может… Кто это сказал?

Сыщик пожал плечами.

- Вот и я не помню, - вздохнул Глеб.

Он ушел от ответа, и Всеслав не стал настаивать. Взял на заметку.

- Это ты убил Рогожина? - вдруг спросил он.

Глеб вытаращил на него свои большие глаза, онемел.

- Ладно, мне пора, - не ожидая ответа, поднялся Смирнов. - Бывай, парень. Если понадоблюсь, звони.

Он написал на уголке пожелтевшего от времени настенного календаря телефон, попрощался и вышел.

Глеб проводил его взглядом, посидел еще немного, приходя в себя. Он так и не смог уснуть, обдумывая последний вопрос нового знакомого.

Глава 21

- У тебя на затылке опухоль, - сказала Ева вечером, обнимая Славку за шею.