Этот мир не выдержит меня. Том 5

Правда, заставить его говорить было той ещё задачей…

Глава 21"

"«…и тогда герцог Веерхольд, воспарив аки сокол над вверенными ему легионами, обратился к трепетавшим перед его благородной отвагой легионерам. „Братия! — его голос обрушился с небес на землю. — Гоните из сердец своих чёрную трусость! Только свет яростной доблести способен остановить врага! Подлый Риордан привёл на поле брани орды гвардейцев, но им не выстоять против разящих заклинаний моих мастеров и против вострой стали ваших клинков, братия! Легионы! Четвёртый 'Смелый“! Девятый „Стойкий“! Одиннадцатый „Гордый“! Вы одолеете зарвавшегося барона! Вперёд, братия!». Подарив простым солдатам частицу своей отваги, герцог величественно взмыл к самому солнцу, сокрытому в чёрных грозовых тучах, и призывал чистый свет, который обрушился с его ладоней прямо на золотые головы гвардейцев, мчавшихся в атаку вверх по склону…

Сеча тогда произошла страшная. Многия благородные воины пали в том бою: маркизы Дэзе и Агьенский, виконты Риковичи, сеньор Бисконти и другия. Простых же солдат погибло и вовсе без счёта, но каждый из них должен был благодарить судьбу за то, что сложил голову подле выдающихся сынов Империи. Случилась та битва, позднее названная «Золотым побоищем», в год 324 от первого воцарения, в день именин Карлуса Третьего — да будут здравствовать его потомки отныне и вовеки веков! В тот же день, но тремя годами позднее, в столицу прибыло посольство восточных варваров, именующих себя «Сынами Большого Солнца», и посольство то сообщило Императору преинтереснейшее известие…'

Неполная цитата из ныне утраченного трактата «Жизнь и деяния славных родов Империи»,

записанная по памяти его создателем, придворным летописцем курфюрста Риенского

Фруасом Бенедиктом Суаром

Он закричал нам сверху: 'Братцы!

Пусть сдохнут все до одного,

Но славу, почести, богатства

Мы не упустим всё равно!'

И мы пошли сквозь сталь, сквозь чары,

Сквозь свет, пронзивший неба твердь

Чтоб узнать, кому богатства, кому — лишь смерть

Нам всем — лишь смерть!

Старая, почти забытая, солдатская песня

* * *Первый этаж таверны, куда я спустился сразу, как только поговорил с Большим, представлял собой что-то среднее между осаждённой крепостью, готовящейся к отражению штурма, и придорожной забегаловкой, где неожиданно состоялся слёт членов общества трезвости.

Высокие баррикады, наваленные из всего, что подвернулось под руку, соседствовали с аккуратно выстроенными в рядок столами, на которых стояли миски с едой, но не было ни грамма выпивки. Запах жареного мяса смешивался с едва уловимым ароматом сгоравшего в лампах масла. Бойцы — уставшие и увешанные с ног до головы оружием, — были готовы встретить врага, если тот вдруг решится напасть.