Этот мир не выдержит меня. Том 5

— В подорожных грамотах было указано, что караван везёт ремесленные товары на продажу. Повозки дважды досмотрели по всем правилам: сначала «нюхачи», а затем тройка старших мастеров… И никто не обнаружил ничего подозрительного.

Казалось, человек без лица пытался опровергнуть услышанное, но это было совсем не так — он лишь хотел разобраться в ситуации. Судя по очень красноречивой реакции, угроза вторжения показалась ему весьма и весьма реальной. Зерно моей «маленькой» лжи упало на благодатную почву.

Я, несмотря на расслабленный вид, быстро анализировал всё, что говорил перевёртыш. Мысли — резкие, ясные, чёткие — вспыхивали в голове, словно выстрелы. Вспыхивали и тут же гасли, уступая место следующей очереди.

«Нужно расспросить Большого о бароне Риордане, коротышка может что-то знать о его гвардейцах». «Тактико-технические характеристики, силы, слабости, уязвимости — в драке пригодится всё».

«Граница с Вольными баронствами под надёжной охраной, минимум два рубежа: старшие мастера и какие-то 'нюхачи». «Если придётся рвать когти из Империи, эта информация может пригодиться».

«Человек без лица по-настоящему испугался». «Вероятно, у него уже были опасения насчёт агрессивных планов Вольных баронов, иначе он вряд ли отслеживал бы караваны с той стороны». «Мои слова, как говорится, пришлись „в цвет“, а значит, теперь у нас есть крепкая основа для сотрудничества».

— Думаешь, Ворон сумел подкупить и «нюхачей», и даже старших мастеров? — настороженно спросил перевёртыш. Судя по тону, он не очень верил в такую возможность.

— Скорее, придумал, как их можно обмануть, — сразу ответил я, мгновенно вернувшись от собственных размышлений к диалогу.

Мы все — хоть старшие мастера, хоть неведомые «нюхачи» — уязвимы, когда спим. А способность Ворона бродить по чужим снам открывала широкие возможности для любых манипуляций. Однако говорить об этом я, разумеется, не стал — лучше пока попридержать этот козырь в рукаве.

— Пара гвардейцев не проблема… — медленно произнёс человек без лица.

— Но там, где пара, там и десяток, — продолжил я.

— А где десяток, там и сотня, — закончил мысль перевёртыш.

Мой собеседник прекрасно понимал всю опасность ситуации, и судя по его тону, сотня гвардейцев могла доставить серьёзные неприятности даже целому курфюршеству.

— Твои планы? — спросил перевёртыш в следующую секунду.

Он снова преобразился, однако на этот раз не столько внешне, сколько внутренне. Велеречивость сменилась лаконичностью, а въедливость во взгляде уступила место напряжённой работе мысли.

Теперь я видел перед собой не изворотливого хитреца, желающего запудрить мне голову, а коллегу-профессионала, нацеленного на решение важной задачи.