Этот день

Я много раз доверял ему свою жизнь, а теперь доверил твою. Я знаю, что он выполняет задания ответственно и старательно.

– А я думала, что он гей.

Блэк снова громко рассмеялся и зажег свет.

– Милая, ты превосходишь саму себя. Я обожаю тебя, но если не перестану смеяться, я никогда не усну. – Он опустился на подушку. – Боже, Доменико – гей, видимо, он слишком хорошо себя вел. Да, он разбирается в моде, и ему это нравится, но таковы многие итальянцы. Что еще пришло тебе в голову?

Я поморщилась и надулась.

– В Польше редкие мужчины разбираются в шмотках. Редкие гетеро. – Я повернулась и легла ему на грудь, глядя в его черные глаза. – Массимо, а он ничего не сделает с Ольгой?

Блэк внимательно посмотрел на меня, слегка наморщив лоб.

– Малышка, он опасен для тех, кто представляет угрозу для семьи. Если же речь идет о женщинах, то, как ты могла заметить за последние недели, он, скорее, относится к ним как к сокровищу, которое нужно беречь, чем как к врагу, которого необходимо уничтожить. – Он заглянул мне в глаза, пытаясь убедиться, понимаю ли я его. – В худшем случае он отымеет ее так, что ей завтра будет тяжело ходить, вот и все. А теперь закрывай глаза и спи. – Он поцеловал меня в лоб и погасил свет.

Не знаю, долго ли я спала, но проснулась в панике. Я вытянула руку, потрогала место рядом и убедилась, что Массимо спокойно спит. В комнате было по-прежнему темно, я встала и подняла с пола халат; Блэк даже не шелохнулся. Меня переполняли страх и волнение, радость мешалась с ужасом. Вскоре я поняла, что просто волнуюсь из-за предстоящего мероприятия. Я вышла из спальни. Было понятно, что я уже не засну, поэтому я решила пойти посмотреть на море, вместо того чтобы ворочаться в постели. Босиком, в халате я направилась к лестнице, откуда услышала доносящиеся с верхней палубы стоны. Неужели вечеринка продолжается?

Я замерла и отступила за угол, опираясь о стену.

– Твою мать, я не верю, – пробормотала я.

Я высунулась из-за стены, чтобы убедиться в том, что мне не показалось. На столе, за которым мы ужинали вечером, лежала на спине Ольга, которую трахал Доменико. Оба были голыми, обдолбанными и разгоряченными. Несмотря на то что для меня это выглядело довольно сомнительно, я не могла оторвать от них глаз. Нужно признаться, Доменико был в прекрасной форме, а Ольга, несмотря на мое недовольство, завтра будет самой счастливой в мире.

Вдруг кто-то накрыл мой рот рукой.

– Тихо, – прошептал Массимо и опустил руку. – Тебе нравится то, что ты видишь, Лаура?

Сначала я испугалась, но, услышав его, успокоилась. Мне стало стыдно. Я вернулась за угол и повернулась к Массимо.

– Я… – пробормотала я, – хотела только посмотреть на море… Я не могла уснуть… А тут такое. – Я развела руками.