Этой ночью ты будешь моей

Малышка охает, пытается обернуться, но я не позволяю, придавливая ее к постели, а потом сминая ее задницу ладонями, растягивая ягодицы в разные стороны и с удовольствием наблюдая, как масло блестит на нежной коже и смачивает тугое колечко ануса. Я надавливаю на него, начиная массировать, добавляю еще немного масла, и по тихим стонам в подушку понимаю, что малышке нравится. Рискнув втолкнуть внутрь одну фалангу указательного пальца, я не встречаю сопротивления, а потому принимаюсь осторожно расшатывать тугую дырочку. Я могу просто выебать ее пальцами, а потом загнать внутрь член, но у меня есть идея поинтересней. Набрав масло в маленькую клизму, я направляю тонкий пластмассовый кончик в податливую задницу.

– Что ты делаешь… – захлебывается Тася, ерзая подо мной, пока я медленно наполняю ее зад масляным раствором, а потом затыкаю его маленькой анальной пробкой, которая легко вкручивается внутрь, оставаясь снаружи блестящим стоппером. После этого я наваливаюсь на нее всем телом и шепчу на ухо:

– Тебе понравится.

9 глава. Смутить и свести с ума

Тася непроизвольно тянется тонкими дрожащими пальцами к своей заднице, пытаясь нащупать кончик инородного предмета, неожиданно оказавшегося между ягодицами, но я перехватываю ее запястья и прижимаю к постели, шепча ласково на ухо:

– Не надо.

– Что ты сделал, – шипит она, и мне не нравятся нотки паники в ее голосе, поэтому я быстро отвлекаю девичье внимание, просовывая ладонь между ее плоским животом и смятой простыней и надавливая пальцами на влажный клитор. Это работает моментально: тело отзывается на ласку, посылая в мозг сигналы удовольствия, и малышка рефлекторно отставляет зад, так что прохладный стоппер касается моего члена. Сдерживаться и вообще дышать при таком положении вещей, конечно, сложновато, но я в тысячный раз за вечер напоминаю себе: не напугай ее, иначе она не вернется.

Я просовываю подушку ей под грудь, и малышка тут же обнимает ее руками и утыкается подбородком.

– Не вздумай никуда лезть пальцами, иначе я тебя привяжу, поняла? – предупреждаю я так мягко, как только могу, хоть и привык обычно говорить это с угрозой в голосе. Тася смущенно ерзает, виляя задницей и даже не представляя, как это меня заводит, и тихо бормочет:

– Я постараюсь.

Я мысленно договариваю за нее: я постараюсь, господин. А еще лучше просто: да, господин. Ну да ладно, пока обойдемся без этого.

Я заставляю ее широко развести ноги и добираюсь до клитора и влажной дырочки уже с другой стороны.