Мы сделаем это вдвоём

Губернский город Сибирск вроде бы занимал здесь место Иркутска. И если кто-то приезжает в здешние края, в губернском городе Сибирске о том, скорее всего, знают. Например, может знать юный чиновник из канцелярии, Павел Григорьевич, попросту – Павлуша. Интересно, можно ли как-нибудь дотянуться до него магической связью? Ладно, подумаем ещё.

Когда старец с Венедиктом отбыли к себе, Дуня тоже немного успокоилась.

- Видишь – жизнь продолжается. Здешние люди помнят добро и не дадут тебя в обиду.

Дуня, кажется, ещё не отринула все сомнения до конца, но – глядела повеселее. Правда, всё ещё молчала.

Однако, финальный акт драмы ли, комедии разыгрался уже в сумерках, перед ужином. Северин привёл господина великого мага."

"Тот расчесал свой рыжий хвост, приоделся в зелёное с золотом, и камней каких-то на себя нацепил, стал ещё важнее, чем был до того. Правда, смотрел несколько нерешительно, чего раньше за ним не водилось. Когда он явился, мы с Дуней на кухне варили порцию травяного отвара для генерала на ночь – я предлагала ей отправиться спать домой, а я как-нибудь справлюсь, не маленькая. Но мне нужны её отвары и инструкции. И вот как раз когда мы перелили из котелка в бутыль травяной отвар, который нужно было выпаивать по ложечке каждый раз, когда больной просыпался – Северин и притащил господина мага.

Тот вежливо раскланялся и столь же вежливо спросил о самочувствии генерала. Ему было предложено сходить и самому убедиться, что всё в порядке. Генерал как раз бодрствовал, и они даже о чём-то поговорили. Наверное, о чём-то, не слишком приятном для господина великого мага, потому что он вышел из моей комнаты вовсе не таким уверенным, как ходил обычно.

- Госпожа маркиза, примите мои извинения. Я побывал наверху и согласен с вами – для больного там слишком холодно. Пусть хотя бы жар спадёт.

Вот, то-то же.

- Принимаю. Вы сказали о своих выводах господину генералу?

- Да, и он согласен остаться здесь столько, сколько понадобится, пока вы не скажете, что ему уже можно наверх.

- Пока Евдокия Филипповна не скажет, - отчеканила я.

Асканио вздохнул, молчал, поглядывал на нас. Видимо, долго решался, и решился-таки.

- Госпожа Евдокия, я приношу вам свои извинения, - в отличие от генерала, он выпевал имя Дуни вполне сносно. – Я не должен был поступать так, как поступил. Я готов исправить то, что ещё можно, и вы можете располагать мною и моими силами, как сочтёте нужным.

Ого, а наш маг-то не совсем пропащий, оказывается. Или это животворное таскание за хвост помогло? Наверное, добрый Алексей Кириллыч ещё и палкой добавил? Не удивлюсь, если так, за Дуню-то.

Дуня же глянула на него и только молча кивнула. Слышала, мол, видела. И всё.

- Давайте тогда ужинать, что ли, - сказала я.