Это снова ты

Принесу полотенце и Библию.

Он поднимается с кровати и уходит. Слышу, как шумит вода в ванной, и прижимаю ладонь к груди, одурманенно улыбаясь. Алкоголь уже выветрился, в крови другой яд. От него пульсируют вены, покалывает ступни и шевелятся волосы на голове. Ломка будет жуткой, уже начинается. Дима возвращается через несколько томительных минут и вытирает меня влажной махровой тканью. Ложится на бок рядом, опершись на локоть, а у меня хватает сил, только чтобы повернуться в его сторону.

– Как ты? – заботливо интересуется он.

– Отлично. Только было быстрее, чем я предполагала.

– Ну извини.

– Нет. Ты что! Мне понравилось, даже слишком. И я почти не истекаю кровью.

– Так и должно быть.

– Тебе виднее. Ты же у нас опытный сердцеед.

Дима очаровательно улыбается, протягивает руку и заправляет волосы мне за ухо. Медленно моргаю и тоже растягиваю губы в сонной улыбке. Молчим какое-то время, просто глядя друг на друга, и в эти волшебные мгновения все границы как будто стираются, а пропасти соединяются. Нас ничто не разделяет, нам ничто не мешает.

– Хочешь еще чего-то? – спрашивает Дима.

– Я бы поела, – отвечаю сквозь короткий смешок, потому что желудок и правда неприятно липнет к позвоночнику.

– Отнести на кухню тебя или сюда еды принести?

Выбираю поездку на руках. За следующие полчаса сметаем все, что есть в холодильнике, болтаем о сущей ерунде и подшучиваем над Мытькой, который тоже решил устроить себе ранний завтрак. И это тот самый момент, когда хочется, чтобы время остановилось. Хочется задержаться здесь подольше, а может, и остаться навсегда, пожертвовав всем, что ждет впереди. Пик счастья. Вершина моих мечтаний. Вот так незатейливо, ночью на кухне вдвоем, уютно и спокойно. С принятием, пониманием и нежностью в каждом взгляде и слове. Но время бежит. Половина пятого утра. Светает. Приближается «завтра», которое вернет все на свои места.

Прибрав беспорядок на балконе и кухне, выходим с Димой в прихожую, и я уже собираюсь пожелать ему сладких снов, прежде чем уйти в гостиную, как он вдруг берет меня за руку. Я крепко хватаюсь за его ладонь, не задавая лишних вопросов, и позволяю отвести меня в спальню. Светлеющее небо озаряет комнату, и я замечаю портрет на комоде.

– Он убьет меня, если узнает, – тяжко вздыхает Зимин, глядя на нарисованное лицо моего брата.

– Я не позволю. И болтать об этом тоже не собираюсь, поэтому не волнуйся. Хорошо?

– Ладно, моя маленькая защитница. Я на тебя рассчитываю, – сонно бормочет он, утягивая меня за собой.

Забираемся в кровать, переплетаем ноги и руки. Веки тяжелые, тело слабое.

– До завтра, Ксю, – шепчет Зимин.

– Да, Дим, – отвечаю я, целуя его в шею, – до завтра.