Сделай это со мной снова (СИ)

— Что ты хочешь заказать?

Не отвечает.

Поворачиваю в подземный гараж. Паркуюсь.

— Мы приглашены на семейный ужин сегодня. Я нашел причину не ехать. Но если ты хочешь увидеть как все устроено на самом деле… — зачем-то предлагаю я.

— Какую причину?

— Мм… — у меня не слишком сложный спектр причин, — ""не хочу"". Но если хочешь ты…

— Хочу. Но можно не сегодня? — ластится лицом о мою ладонь.

Тяну ее к себе, несколько раз целуя в губы. Поцелуи — это как наркотик. Пока нет — не надо. А стоит только позволять этому происходить — подсаживаешься. И чувствуешь дефицит.

Я начинаю чувствовать. Мне все время хочется… Меня ломает, когда я не могу это взять.

Мие и мне открывают двери. Мы выходим из машины.

— Хан, ""новенькую"" пригнали… — сдергивает чехол с новой тачки охранник.

Над ней зажигается свет.

Шикарный черный кабриолет с молочный кожей. Ограниченная партия. Индивидуальные примочки. Ждал его несколько месяцев.

— Нравится? — наблюдаю за взглядом Мии.

Кивает.

— Хочешь, будет твоя? Прямо сейчас загрузим твою биометрию. И никого другого она слушаться не будет.

Улыбаясь, отрицательно крутит головой.

— Почему?

— О ней нужно заботиться. А я люблю свободу.

— Очень плохо, — тяну ее в лифт.

— Что плохо?

Поднимаемся наверх.

— Мм… Что свободу. Во-первых, потому что её у тебя не будет. Буду я. Будет круглосуточная охрана. Будет практически всё. Но точно не свобода. А во-вторых… Я хочу, чтобы ты любила меня, а не её.

Хмурясь, гладит мое лицо.

— Мне кажется, когда-то ты сказал, что для тебя не важно — люблю ли я. Не могу вспомнить когда. Но помню, как ты говорил — голос, интонации, взгляд… Это меня обидело.

Сглатываю ком в горле.

Действительно — было.

— Это… было… Было, да. Вначале мне казалось, что это не важно. А теперь это важно.

Прижимается губами к моей челюсти ниже уха, заставляя обнять себя.

— Я бы разочаровалась, если бы это было неважным, — поцелуй в шею, в ключицу. — Не знаю, вспомнила ли я… Или влюбилась заново…

В груди гулко грохает. И мотор ускоряется, оглушая биением.

Потому что, у меня появляется надежда, что мы выплывем на нашем заранее пробитом Титанике. Даже не смотря на то, что вода уже в трюмах — Мия начинает вспоминать.

Мне хочется оглушить её ещё ненадолго. Мне надо чуть больше времени. На что?.. Никогда не думал, что заговорю такими категориями, но на ""близость"".

Двери лифта раскрываются, и я отмираю."

"В порыве, подхватываю ее под бедра, поднимаю и заношу в квартиру.

Горят ночники. Я не включаю верхний свет. Вся квартира заставлена цветами. В воздухе много свежих ароматов…

Я отпускаю ее, позволяя съехать вниз по моему телу.

Наши губы соприкасаются. Со сдавленным стоном впиваюсь в неё.

Теряю крышу, от того как звенит мое голодное тело, судорожно подрагивая.