Это несерьёзно

Демьян улыбается и наконец-то моргает. Нам как раз приносят кофе и тарелки, я тянусь к приборам и отрезаю немного омлета.

Через минуту понимаю, что Демьян даже к кофе не притронулся. Он продолжает смотреть на мои губы, то-то их покалывает. Не касаясь ласкает шею, ключицы. Опускается к груди. На мне черная водолазка под горло, никто не знает, что под ней — портупея из черной кожи. Тонкий ошейник зафиксирован на шее и цепочками соединен с ремнями, сжимающими грудь.

Поймав взгляд Демьяна, в сотый раз за утро вспыхиваю. В ушах стучит, кровь ударяет одновременно в лицо и низ живота. Я плотнее сжимаю ноги и чувствую, как сильно хочу сидящего напротив мужчину. Весь прочий мир не существует, я полностью утонула в Баженове. От ясного, болезненно-откровенного желания отдаться ему становится неловко. Мы ведь в кафе, в людном месте! Да и не следует девушке так много и часто думать о близости, это как-то нехорошо. Демьян специально это во мне провоцирует, упиваясь смущением."

"Этот гад даже не пытается скрывать удовольствие! В глазах пляшет похоть. Он внимательно, даже демонстративно изучает стол, барную стойку, снова смотрит меня. И я догадываюсь, какие фантазии кипят в его больной, сексуально озабоченной головушке. Сама невольно начинаю фантазировать, как он берет меня прямо здесь и прямо сейчас. Снимает водолазку, тянет за цепи портупеи. Прикусываю губу, которая начинает дрожать. Боже.

Демьян склоняется ближе и говорит вполголоса:

— Возьми мой телефон, сходи в уборную и сделай несколько фотографий. Груди и трусиков.

Сглатываю.

— Демьян… это слишком. Мы утром занимались любовью, успокойся, пожалуйста. Я хочу спокойно поесть.

Он придвигает телефон.

— Слишком горячо, как раз остынет. Вперед.

Идея хотя бы ненадолго прекратить эту эротическую агонию становится заманчивой, я беру мобильник и удаляюсь. В дамской комнате мою руки, промокаю область за ушами. Жарко! Вижу свою улыбку — лихую, опасную, ту, которую обожает Демьян и которую я никому больше не рискую показывать.

Закрываюсь на замок, задираю водолазку и делаю несколько безумно откровенных фотографий без лица. Затем стягиваю колготки, просовываю телефон под юбку и щелкаю. Ужас. Что я творю?! От понимания этого едва не улетаю, дышу часто, мозг плавится.

В зал возвращаюсь с идеально прямой спиной, беспечно спокойная. Кладу телефон на стол и приступаю к омлету. Баженов так и не притронулся к еде. Откинувшись на диванчике, он водит пальцами по экрану смартфона и загадочно улыбается.

Он рассматривает мои эрофотографии. Безумие. Просто безумие. Я изо всех сил стараюсь вести себя естественно, но забываю дышать, зная, что вот-вот он долистает до последней, а когда это происходит — сжимаю ноги так сильно, что ощущаю между ними спазм. Допрыгалась.