Это любовь

– Абсолютно, – заверил жену Аркаша.

– То остается Савва.

– Или кто угодно другой, если на него переписали наследство. Савва сказал, что эта дура собралась замуж за какого-то молокососа, гордо именующего себя инвестором.

– А когда мы узнаем подробности?

– Возможно, уже завтра.

– А если все же окажется, что ее акции отойдут Савве? Вы с ним обсудили, что будет?

– Конечно. Только этим и занимались.

– И?! Ну что я из тебя каждое слово клещами вытаскиваю! – возмутилась Альбина.

– Думаю, мальчик понял, что этот кусок ему не по зубам.

– Понял, а потом обвинил тебя в убийстве?! – разнервничалась Аля. – Насколько мы можем ему в этом случае доверять?

– Ты же сама сказала, что это просто эмоции.

– И что? Я была права?

– Завтра утром узнаем. Одно точно – мальчику сейчас нелегко. Учитывая, что Савве довелось пережить, желание найти крайних вполне логично.

– Лишь бы это не зашло слишком далеко.

– Например? – Мудрый задумчиво провел пальцами по предплечью жены.

– Например, мне бы очень не хотелось, чтобы он поделился своими опасениями с ментами.

– Это ничего не даст. У меня везде свои люди, ты же знаешь. Другое дело, что начни мы междоусобицу, на запах крови слетятся все стервятники в округе.

– Значит, ее нужно не допустить!

– Да-а-а, – Мудрый потер сосок жены через шелк рубашки. Она привстала, давая ему возможность вобрать тот в рот.

– Надо убедить его, что никакие мы не враги, – простонала, заводясь.

– Ну, ты еще ему чуток поулыбайся, и он поверит, – рыкнул Мудрый, потираясь лицом о пышную грудь жены.

– А мы?

– М-м-м? – отвлекся от своего занятия Аркадий.

– Ты уверен, что мы сможем ему доверять? Вот чтобы безоговорочно, без припрятанной в кармане фиги?

– Это необязательно, – свел брови Мудрый.

– Еще как обязательно! – возмутилась Альбина. – Иначе мы ни на секунду не сможем расслабиться. Что это будет за жизнь, скажи? Да ты и сам все понимаешь, иначе не сидел бы с такой постной миной, – вздохнула, касаясь губами раны на его многострадальном лбу.

– У меня есть кое-какие идеи, – нехотя отстраняясь от жены, пробросил Аркаша. – Но их нужно хорошенько обмозговать.

В глазах мужа мелькнуло что-то странное. Альбина нахмурилась в попытке считать, что же это было, но ничего не получилось – потому что та самая эмоция исчезла так же быстро, как и появилась.

– Я не знаю, что тут обомозговывать? Вот взять нас. Мы держимся на любви, у нас семья, дети. Общая цель. А он? Он в стороне от всего. И цели у нас могут быть совсем разные, и видение… Ну еще скажи, что я неправа! – закатила глаза Аля, глядя в глаза придирчиво ее изучающего мужа.

– Права.

– И?! – допытывалась она.

– Значит, надо найти общие точки соприкосновения, – криво улыбнулся Мудрый, выкручивая сосок. – Тогда наш взгляд будет обращен в одну сторону.