Это любовь

И уж конечно, никогда бы не допустил. Потому что нормальному человеку, любящему свою женщину до безумия, такое бы и в голову не пришло.

Беда в том, что он не был нормальным. И ситуация, в которой они оказались, таковой не являлась тоже. Нестандартные обстоятельства их жизни требовали нестандартных решений, принятие которых было невозможно без беспрекословной открытости всему новому. Аркаша это понимал. И старался… Хотя для него это тоже было большим испытанием. Слишком закостенел он в своих представлениях о жизни. Своей всеобъемлющей любви к ней.

– Ты же сам меня к нему подтолкнул… – растерянно шепнула Альбина.

– И? Разве тебе было плохо?

– Я не знаю! – закричала она, стряхивая неожиданно набежавшие слезы. – Я уже ничего не знаю. Я устала быть сильной. Наверное, я переоценила свои… – всхлипнула, – возможности тебе с-соответствовать.

Это было больно. Ей. И ему.

– Тщ-щ-щ! Что за бред? Ты не должна…

– Не должна что?

– Ничему соответствовать. Я люблю тебя, глупая. Или думаешь, я за столько лет не понял, что ты у меня нежная девочка?

– Кажется, нет. Иначе ты бы вряд ли возлагал на меня такие надежды.

– Значит, все-таки неравнодушна ты к мальчику… – сглотнул Мудрый. И нет, он, конечно же, понимал, чем эти их отношения обернутся. Просто принять это оказалось немного сложнее, чем он представлял, когда размышлял об этом гипотетически.

– Я люблю тебя. Это то, о чем я могу судить с уверенностью. А Савва… Это что-то другое. У меня нет этому определения. Наверное, это просто чувство собственничества. Да? – спросила Альбина у мужа. И Мудрый соврал:

– Конечно.

– Как думаешь, что теперь будет?

– Думаю, он начнет с ней встречаться. И нам нужно быть к этому готовыми.

Аля моргнула. Наверное, она все же ждала, что правда не будет такой жестокой.

– Знаешь что? – прошептала она.

– Что? – сощурился Аркаша.

– Хорошо, что ты никогда не гулял… Боюсь, если бы на месте Саввы очутился ты, я бы никогда этого не пережила. Никогда, – она метнулась от окна к кровати и нависла над мужем. – Никогда, никогда, никогда… – повторяла между жаркими страстными поцелуями.

– Так чего вы все-таки поругались, скажешь?

– Мы не ругались. Он сам себе что-то придумал, а я просто развеяла его заблуждения.

– Насчет чего?

– Насчет того, что мы без него не трахаемся.

Аля поцеловала мужа в колючий подбородок, спустилась по шее к груди. Провела языком вниз, огладила бедра. Мудрый машинально зарылся ладонями в волосы жены, притягивая Альбину еще сильнее.

– А мы трахаемся?

– Практически нет. Но Савве об этом знать необязательно. Не то он решит, что мы старые… М-м-м… И скучные.

– Значит, ты хотела, чтобы он ревновал? – оскалился Мудрый, наматывая ее волосы на кулак и заставляя тем самым поднять глаза.

– Нет, – задрожала Альбина.