Это (не) ваша дочь, господин маг

Прошлое будто ушат горячей смолы обрушивается на меня, заставляя заново пережить все те унижения, которые я испытала, уезжая из города, делая меня беззащитной.

Глаза Таренса сверкают льдом, говоря о том, что угрозы он свои исполнит. Не знаю, какими усилия беру себя в руки. Поднимаю подбородок.

— Кажется, вы что-то путаете, господин Вилсон, это вы должны меня были благодарить, что я не рассказала то, что разрушило бы вашу репутацию до основания, иначе бы вам, а не мне, пришлось покинуть город.

Тишина наступает такая, что я чувствую грохот собственного сердца. Тарсен вдруг шевелится, делает шаг с лестницы, заставляя нас с Кери попятиться.

— Не подходите к маме, иначе госполдин залколник в тюльму вас посадит! — выкрикивает Кери, а у меня сердце камнем замирает от страха.

Тарсен останавливается и смотрит на мою дочку, я хочу её спрятать, увести подальше от этого страшного человека. Он поднимает голову, вонзая в меня острый как ножи взгляд.

— Знаю я, кто взялся за твоё дело, — он делает ещё один стремительный шаг, я не успеваю отпрянуть, как Тарсен хватает меня за подбородок, впиваясь крупными пальцами в мою челюсть.

Кери вырывается и пытается оттолкнуть Вилсона.

— Отпусти! Отпусти! — бьётся она, но мужчина даже не шевелится, не выпуская меня из-под своего взгляда и из жёсткой хватки.

— Продажная шлюха, думаешь, если раздвинешь ноги перед этим судебником, то сможешь себя обезопасить? Ошибаешься, — рычит он мне прямо в лицо. — Кому ты нужна, отброс общества, я тебя с землёй сравняю, если произнесёшь моё имя, поняла? Пожалеешь об этом, клянусь, — шипит яростно, ещё больнее вонзая пальцы.

— Отпусти!!

Мужчина высвобождает меня, но не от того, что Кери пытается его оттолкнуть, для него её действия — всё одно что отмахнуться от комара. Я содрогаюсь всем телом, Тарсен поворачивает голову и выплёвывает зубочистку на землю, брезгливо кривит губы, отступает в сторону.

Я не дышу, слушая удаляющиеся шаги.

— Кери идём, — торопливо поднимаюсь по лестнице.

В голове шумит, тело всё ещё пронизывает лихорадочная дрожь. Влетаю внутрь и запираюсь на ключ изнутри. Окидываю взглядом комнатушку. Здесь оставаться теперь уже опасно, кто знает, что будет поджидать меня завтра. Я не могу так рисковать.

Глянула на часы: четыре дня.

— Мама, кто этот дядя?

Боже, за своими мыслями я совсем забыла успокоить Кери! Присаживаюсь на корточки и смотрю дочери в глаза.

— Этот дядя плохой, Кери, но ты не волнуйся, он нам ничего не сделает.

— Господин закольник защитит нас! — нахмурилась малышка. Сколько же было в ней смелости и решительности, которых мне сейчас не хватало! Кери буквально передала мне частичку своей отваги.

— Господин законник сделает всё возможное, Кери, а сейчас нам нужно собрать вещи и переехать.