Это безумие, детка

Это потом, когда она выйдет из его квартиры и под проливным дождем побежит к остановке в распахнутом настежь плаще, слезы будут течь и течь по лицу, смешиваясь с каплями дождя, Роэл даст себе волю. Потом, сидя в переполненном трамвае она будет с ужасом думать, как ей теперь дальше жить. Потом приедет в свою небольшую квартирку и бросится на кровать, задыхаясь от зияющей раны, так внезапно образовавшейся в груди.

Но в тот сокрушительный момент Роэл смогла совладать с рвущимися наружу эмоциями. И здесь ей было чем гордиться. Но девушка даже не подозревала, что Николас Леконт успел безраздельно завладеть ее сердцем. Что она полюбит неотразимого журналиста и их расставание станет для нее катастрофой.

В тот же вечер она решила уволиться. Видеть его каждый день, зная, что теперь он не принадлежит ей, слушать ехидные пересуды коллег было непереносимо. Но Роэл не хотела бросаться в омут с головой и понимала – прежде, чем увольняться, надо найти новую работу. Она и так получает до смешного мало – не садиться же на шею старшей сестре из-за своих растоптанных чувств. Думала, сможет подыскать хоть что-нибудь, но заблуждалась. Бесконечные собеседования вымотали девушку окончательно и, так не найдя мало-мальски стоящего варианта, она решила пока оставить все, как есть.

Смогла отгородиться от него, абстрагироваться от мысли, что восемь часов в день напротив нее сидит человек, который совсем недавно ласкал и целовал ее, а потом заявил, что на самом деле терпел и она его не возбуждала. Смогла не обращать внимания на ехидные перешептывания коллег за спиной. Смогла загнать свою боль и глубочайшую неуверенность в себе, которую принесли эти отношения, глубоко вовнутрь."

"Она и не подозревала – все станет только хуже. Настолько хуже, что по ночам Роэл будет выть, уткнувшись в подушку, от тоски и пожирающей нутро ревности. Потому как в газету взяли редактора сайта – Дениз Требье, ровесницу Роэл. И не сказать, чтобы новенькая была красива – очень высокая, с пушистыми длинными волосами, которые она скручивала на затылке в умопомрачительный пучок и широко расставленными глазами, до девушки с обложки модного журнала, откровенно говоря, Требье было далеко. Но она была настолько уверена в собственной неотразимости, что, похоже, заражала этим окружающих. За словом Дениз в карман не лезла и их с Николасом упражнения в остроумии очень скоро переросли в нечто большее. А потом понеслось по накатанной – хлещущая во все стороны, как брызги шампанского, романтика, цветы, подарки, рестораны… А Роэл оставалось только, сцепив зубы, наблюдать как самый желанный мужчина на свете щедро одаривает своим вниманием другую.