Этюд в багровых тонах. Приключения Шерлока Холмса

 – И тебе, и мне пойдет на пользу, если ты позволишь мне покинуть дом минут на пять».

«Чтобы ты мог скрыться или надежней припрятать краденое?» – воскликнул я. Только тут до меня дошел весь ужас положения; я умолял Артура осознать, что под угрозой не только моя честь, но и честь лица, стоящего неизмеримо выше; порча диадемы вызовет скандал, который потрясет всю страну. «Беды можно избежать: только скажи, что ты сделал с пропавшими камнями», – твердил я Артуру.

«Пойми, – внушал я, – ты пойман на месте преступления и никакими новыми признаниями свою вину не отягчишь. Сделай немногое: признайся, куда ты спрятал бериллы, и все будет прощено и забыто».

«Приберегите ваше прощение для тех, кто его выпрашивает», – с презрительной усмешкой бросил Артур и отвернулся. Я видел, как он ожесточен, и понял, что переубеждать его бесполезно. Выбора не оставалось. Я позвал инспектора, и Артура взяли под стражу. Его тотчас обыскали, равно и его комнату, обшарили весь дом сверху донизу, однако драгоценных камней нигде не нашлось. Мой несчастный сын упорно молчал, несмотря на все наши увещевания и угрозы. Сегодня утром его поместили в тюремную камеру, а я, покончив в полиции со всеми формальностями, бросился сюда. Заклинаю вас пустить в ход все ваше искусство, лишь бы распутать этот узел. В полиции сознались, что ничего пока не понимают. Готов оплатить любые расходы, какие вы сочтете необходимыми. Я уже назначил вознаграждение в тысячу фунтов. Господи, что же делать? За ночь я потерял честь, драгоценность и сына… Что мне делать, что делать?

Банкир обхватил голову руками и принялся раскачиваться из стороны в сторону, что-то невнятно бормоча, как ребенок, не умеющий выразить горе словами.

Шерлок Холмс некоторое время сидел молча, сдвинув брови и не сводя глаз с огня в камине.

– К вам ходит много гостей? – спросил он.

– Только мой компаньон с семейством, а изредка кто-то из друзей Артура. Не так давно несколько раз заглядывал сэр Джордж Бернуэлл. Вот вроде бы и все.

– А вы сами часто бываете в обществе?

– Артур часто. Мы с Мэри никуда не показываемся. И оба этому рады.

– Немного странно для юной девушки.

– Она домоседка. Вдобавок не такая уж юная. Ей двадцать четыре года.

– По вашим словам, ее тоже потрясло это происшествие?

– Еще как! Едва ли не больше, чем меня самого.

– И ни у нее, ни у вас не возникло никаких сомнений в виновности Артура?

– Какие же могли возникнуть сомнения, если я собственными глазами видел диадему у него в руках?

– Я не считаю это решающим доказательством. Кроме отломанного зубца, диадема была еще как-то повреждена?

– Да, она была согнута.

– А вам не пришло в голову, что ваш сын, возможно, пытался ее выпрямить?

– Благослови вас Господь! Вы, кажется, ищете для него оправдания и хотите меня утешить.