Этюд в багровых тонах. Приключения Шерлока Холмса

Перейдем к зловещему калеке, который живет на третьем этаже опиумного притона и который явно был последним, кто видел Невилла Сент-Клэра. Зовут калеку Хью Бун, и его безобразное лицо известно всем, кто часто бывает в Сити. Он профессиональный нищий, но, дабы не подпасть под законы об охране общественного порядка, прикидывается мелким торговцем восковыми спичками. В конце Треднидл-стрит, на левой стороне улицы, стена чуть выступает вперед, образуя небольшой уголок, – вы его, быть может, замечали. Вот там этот субъект имеет обыкновение каждый день сидеть, скрестив ноги и разложив на коленях крохотный запасец спичек. Зрелище он собой представляет жалкое, и в засаленную кожаную шапку, лежащую рядом на мостовой, не обильно, однако постоянно сыплется милостыня. Я и ранее, прежде чем у меня появился профессиональный интерес к этому попрошайке, присматривался к нему и удивлялся, какую жатву ему удается собрать за короткое время. Внешность его настолько примечательна, что он бросается в глаза всем, кто проходит мимо. Копна желто-рыжих волос, бледное лицо, уголок верхней губы вывернут (кожу там стянул жуткий шрам), тяжелый подбородок, пронзительный взгляд темных глаз, цвет которых странно противоречит цвету волос, – все это выделяет его из толпы заурядных нищих. Добавьте еще и острый ум, готовность быстро отозваться на любую реплику, брошенную прохожим. Таков человек, который, как мы теперь знаем, снимает комнаты над опиумным притоном и последним виделся с разыскиваемым нами джентльменом.

– Но он калека! – возразил я. – Может ли он в одиночку справиться с мужчиной в цвете лет?

– Калека в том смысле, что хромает при ходьбе, но в прочих отношениях он как будто силен и вполне упитан. Ваш медицинский опыт, конечно, подскажет вам, Ватсон, что слабость одних конечностей часто восполняется исключительной силой других.

– Пожалуйста, продолжайте.

– При виде крови на подоконнике миссис Сент-Клэр лишилась чувств, и, поскольку она ничем не могла помочь расследованию, полицейские отвезли ее в кэбе домой. Инспектор Бартон, которому было поручено это дело, тщательнейшим образом обыскал здание и прилегающий участок, однако не обнаружил ничего полезного. Инспектор допустил одну ошибку: Буна следовало арестовать сразу же, но ему оставили несколько минут, и он, возможно, успел переговорить со своим приятелем-ласкаром. Но скоро это упущение исправили – Буна схватили и обыскали; правда, никаких улик не нашлось. На правом рукаве рубашки были пятна крови, но Бун показал полицейским порез у себя на безымянном пальце около ногтя. По его словам, он запачкал собственной кровью рукав, а также, несомненно, и подоконник, потому что недавно туда подходил.