Этюд в багровых тонах. Приключения Шерлока Холмса

– Ловлю каждое ваше слово.

– Пока я обдумывал положение, к Брайони-Лодж подкатил хэнсом и оттуда соскочил джентльмен. Очень красивый, темноволосый, с орлиным профилем, с усами – очевидно, тот самый, кого мне описывали. Он явно торопился, крикнул кэбмену, чтобы тот подождал, и по-свойски проскочил мимо открывшей дверь служанки.

В доме адвокат оставался около получаса, и временами я видел через окна гостиной, как он расхаживает из угла в угол, ведет взволнованные речи и размахивает руками. Хозяйки мне видно не было. Наконец гость появился в дверях, взбудораженный еще больше прежнего. Садясь в кэб, он вытащил из кармана золотые часы и внимательно изучил циферблат. «Гони во всю мочь, – крикнул он, – сперва к „Гроссу и Хэнки“ на Риджент-стрит, а потом к церкви Святой Моники на Эджвер-роуд. Плачу полгинеи, если обернешься за двадцать минут!»

Экипаж понесся прочь; я гадал, стоит ли за ним последовать, и тут в переулке показалось аккуратное маленькое ландо. Пальто у кучера полурасстегнуто, галстук сбился набок, ремни сбруи торчат из пряжек. Ландо еще не успело подъехать, как Ирэн Адлер выбежала из передней двери и вспрыгнула на сиденье. Я видел ее мельком, но она и вправду красавица – за такие лица мужчины готовы отдать жизнь.

«В церковь Святой Моники, Джон, – воскликнула она, – и полсоверена, если домчишь за двадцать минут!»

Такой случай нельзя упускать, Ватсон. Я прикидывал, бежать ли мне следом или примоститься на ландо сзади, и тут на улице показался кэб. Кучер дважды смерил взглядом мою жалкую фигуру, но отказать не успел – я заскочил внутрь. «В церковь Святой Моники, – сказал я, – и полсоверена, если домчишь за двадцать минут». До полудня оставалось двадцать пять минут, о какой затее идет речь – гадать не приходилось.

Кэб несся во весь опор. Мне никогда прежде не случалось так мчаться, однако нас опередили. Когда я прибыл, кэб и ландо со взмыленными лошадьми уже стояли у входа. Я заплатил кучеру и поспешил в церковь. Внутри не было ни души, кроме пары, за которой я следил, и священника в облачении, который что-то им выговаривал. Все трое стояли у алтаря. Я прошелся по боковому приделу, делая вид, что забрел в церковь случайно. Вдруг, к моему удивлению, трое у алтаря обернулись, и Годфри Нортон опрометью кинулся ко мне.

«Слава богу! – вскричал он. – Вы годитесь. Идемте со мной!»

«Зачем это?» – спросил я.

«Идемте быстрей, всего три минуты, а то обряд будет недействителен».

Меня, можно сказать, подтащили к алтарю, и, не успев прийти в себя, я уже бормотал ответы, которые мне подсказывали на ухо, подтверждал то, о чем не имел ни малейшего понятия, и, в общем, всячески споспешествовал заключению брака между Ирэн Адлер, девицей, и Годфри Нортоном, холостяком.