Этюд со смертельным исходом

 — Дай глянуть!

— Пошел ты…

— Товарищи офицеры!

Зал поднялся, зашумел, зашаркал коваными подошвами — постепенно пустея, выдавливая из себя через узкую горловину двери решительных, уверенных в собственных силах и вооруженных до зубов людей и вместе с ними Владимира Александровича.

Определенный по карте «периметр» был оцеплен надежно и быстро: когда задержавшийся на базе штабной «уазик» вошел в зону операции, работа уже шла вовсю.

Накатываясь друг на друга, чередовались радиопереговоры:

— «Полета второй — двести двадцать первому! Полета второй — двести двадцать первому!..»

— «На приеме полета второй!»

— «Пришлите ко мне восьмидесятого, тут кое-что по его части…»"

"— «Понял все, двести двадцать первый… Сейчас сам подъеду!»

— «Полета седьмой, полета седьмой! Отзвонитесь на „Королево“, они вас не слышат!»

— «Внимание! Это восемьдесят восьмой! Указание шестнадцатого: все выезды автотранспорта за территорию — только после согласования с ГАИ! Повторяю: все выезды транспорта из зоны оцепления…»

— «Восемьдесят восьмой! Это двести двадцатый. Мы закончили на основном объекте, какие указания?»

— «Оставайтесь на месте…»

— «Это „Королево“! Восемьдесят восьмому срочно прибыть к шестнадцатому! Восемьдесят восьмому срочно прибыть к шестнадцатому!»

— «Восемьдесят восьмой! Кто вызывал полета пятого?»

— «Внимание! Пятьсот пятому, пятьсот седьмому, двести двадцатому! Срочно прибыть к шестнадцатому, срочно прибыть к шестнадцатому!»

— «Кто говорит, я не понял?»

— «Восемьдесят восьмой говорит, кому там не ясно?»

— «Ясно, выполняем… У полета седьмого проблемы с радиостанцией, пришлите связиста!»

— «На приеме семидесятый… Что с радиостанцией?»

— «Механическое повреждение. Об голову! Восстановлению не подлежит…»

— «Порядок в эфире! Прекратить посторонние разговоры!»

Результаты были впечатляющие: в арендованной у таксопарка ремзоне накрыли мастерскую с тремя наполовину разобранными «девятками» — все машины числились в угоне и вскоре должны были уйти на запчасти.

— Класс! — приговаривал Барков, водя объективом «панасоника» по живописно разбросанным на брезентухе ножам, дубинкам и газовому револьверу, изъятым у бугаев, охранявших подступы к месту преступного промысла. — Класс!

Не зачехляя камеру, он прыгнул к потеснившемуся на сиденье Виноградову, и через считанные минуты они уже осматривали не менее впечатляющую находку: очередную подпольную фабрику по производству и разливу «настоящего азербайджанского коньяка».