Эта горькая сладкая месть

Какое-то время Лика убивалась, но девятого октября позвонила Валерию и сообщила, что беременна. Скорей всего она это придумала, потому что при вскрытии трупа плода не нашли.

Девушка заявила любовнику, что не собирается делать аборт и что в мае он станет отцом. Валерий испугался и пригласил Лику к себе, велев взять вещи, якобы для поездки на дачу. Вот зачем он придумал поездку на природу, непонятно.

– Валерий думал уговорить женщину на аборт и увезти утром в больницу, – пояснил Александр Михайлович, – он хотел, чтобы три-четыре дня ее не хватились."

"– Ага, ясно. Лика рассказала Юле про дачу и, радостная, прибыла на проспект Вернадского. Там они, очевидно, крепко поругались, и Валерий убил женщину.

– Абсолютно случайно, – вздохнул полковник, – уверяет, что упрашивал Лику поехать на операцию, а та ни в какую. Довела его почти до обморока, плакала, кидалась на колени, потом пригрозила поехать к Светлане. Через секунду после гадких слов бросилась к мужчине на шею. Тот с силой оттолкнул любовницу – ну достала баба мужика. А на Лике были туфли на высочайших шпильках. Девчонка оступилась, упала с высоты своего роста прямиком на сувенирный железный сундучок, в котором хранилась всякая ерунда. Все закончилось разом переломом шейных позвонков. Валерий остался с холодеющим трупом. Сначала он чуть не грохнулся в обморок, потом понял, что нужно делать. Он был абсолютно уверен, что Лика никому не рассказывала, с кем проводит время. Следовало лишь избавиться от трупа, и дело казалось сделанным.

Но вынести тело на улицу он не мог. В подъезде безвылазно сидел дежурный, причем не убогая клюющая носом старушка, а молодой парень, боящийся потерять работу и смотревший за входной дверью во все глаза. Нечего было и думать о том, чтобы протащить мимо секьюрити труп. Представляю, как он себя чувствовал, сидя возле коченеющей Лики.

Потом ему в голову пришел простой и, как показалось, гениальный план. Он вышел на лестницу, было около пяти утра, и соседи из противоположной квартиры спали спокойным сном.

Сначала Валерий отвернул железный ковш мусоропровода. Потом связал Лике ноги в щиколотках, примотал руки к телу, подтащил несчастную жертву к отверстию и спустил вниз.

– Ха, – воскликнул Женька, – вот почему у нее оказались переломаны ноги! Я же говорил, что она падала с высоты, но как-то странно. Теперь понятно, наверное, тормозила в трубе, и поэтому травмы такие нехарактерные.

– Ладно, – голосом, не предвещавшим ничего хорошего, сообщил Александр Михайлович, – продолжай, Дарья. И как только ты до мусоропровода додумалась! Я рассмеялась.

– А пусть Женька расскажет, как мы у него дома незадачливого донжуана спасали! Вот и вспомнила в нужный момент.