Эта больная любовь

Очередной мужчина играет мной в своих интересах, используя соблазн и печальные истины.

Он не понимает, что я уже кинжал. Защищенный и спрятанный в мире, где, как я думала, мои знания и стремление защищают меня.

Я знаю, что играю с огнем.

Но Эроу ещё предстоит узнать о пламени, в котором он обречён гореть.

24. Конструкции власти

Я сжимаю свои пальцы, лежащие на коленях, когда джип останавливается перед моим домом.

Сэйнт постукивает пальцами по рулю, глядя вниз. Он открывает рот, будто собирается что-то сказать, когда поворачивается и смотрит на меня. Я смотрю на его губы. Его идеально розовые губы, на которых сияет белоснежная улыбка.

Всё в его губах притягательно. На них нет ни шрамов, ни загадок, ни слов унижения или боли… Нет, ничего этого. Его улыбка согревает меня, а его нервозность в этот момент умиляет. Мы оба ухмыляемся и начинаем говорить.

— У меня…

— Сегодняшний вечер был…

Мы оба делаем паузу, слегка смеясь, но напряжение, которое я чувствую, всё ещё в яме моего живота. Оно не имеет ничего общего со Сэйнтом и полностью связано с Эроу.

Мы не одни. Я теперь всегда не одна.

— Спасибо, — говорит Сэйнт, его голос прорывается сквозь мои мысли. — За то, что присоединилась ко мне сегодня вечером. Этот танец… — он тихонько хихикает, его язык пробегает по зубам, когда он улыбается, глядя на свои колени. — Этот танец был для меня лучшей частью вечера.

— Правда? — спрашиваю я, несколько удивленная.

Я бы не назвала это лучшей частью вечера, но мой вечер был далек от нормального. Осознание того, какая часть стала, к сожалению, моей любимой, приводит меня в ужас.

— Да, я имею в виду… — он наклоняется вперед в своем кресле, сглатывая, когда его улыбка исчезает. Он берет мою руку с коленей и кладет её на консоль между нами. Положив мою ладонь ладонью вверх, он проводит кончиками пальцев по моим пальцам, пока они не встречаются с моим запястьем. На запястье остальные пальцы отстраняются, и только средний палец мягко скользит вверх по моей руке, нежные ощущения щекочут меня и ведут прямую линию к месту между ног. — До этой части.

Он смотрит на меня немного боковым зрением, и я слышу, как колотится его сердце в салоне этого джипа."

"Он знает, что не должен этого делать. Его репутация. Его отец. Его будущее. Но он не может остановиться, и втайне мне это нравится. Сэйнт позволяет основе того, кто он есть как мужчина, взять верх над конструкциями его разума. И я владею ею, сосредотачиваюсь на ней и контролирую её с помощью сексуальной силы внутри меня, и я нахожу это не иначе как захватывающим.

— Хочешь зайти внутрь? — спрашиваю я, разрывая напряжение с уверенностью девушки, которую я никогда не знала. — Я могу приготовить нам чай.

Я застенчиво улыбаюсь ему, приподняв бровь.