Эта больная любовь

Я чувствую его безразличие. Похоже, он тоже не уверен, кому доверять, так как задирает мою юбку до живота и снова смотрит на мой центр, как заблудший пустынник, жаждущий напиться.

— Возьми распятие со стены. — Тон Эроу мрачный и требовательный.

Глаза Сэйнта слегка расширяются, и он с недоверием смотрит на Эроу. Пульс бешено бьется в моей шее, тяжелый стук почти заглушает мой слух.

Он это несерьезно.

Я смотрю на Эроу в углу, бросая на него взгляд за бесчестное требование, но его глаза сосредоточены на Сэйнте, изучая его руки и его действия, как ястреб, когда он берет распятие с его места на моей стене.

Он безжалостный безумец. Символическая природа креста ничего для него не значит. Просто еще один чужеродный предмет с ненужным грузом бесполезного смысла, прикрепленного к нему, как и в организованной религии."

"Сердце разрывается в груди, когда я с отчаянием смотрю в его глаза, желая, чтобы они сфокусировались на моих. Желаю, чтобы человек, который начал принимать мою нежную любовь и объятия, человек, который сказал, что то, что у нас было вместе, — это все, человек, который скорее умрет, чем будет жить в мире без своей маленькой куклы, снова появился. Слезы заливают мои глаза от его далекого присутствия, когда Сэйнт нависает над моим связанным телом с распятием в руках.

— Исследуй ее тело, используя своего Бога, чтобы коснуться ее во всех ее болезненно обманчивых местах, — наставляет Эроу, его тон совершенно безразличен. — Очисти ее от грязи, которой она в конце концов поддалась.

Еще одна лазейка. Хитрый план слишком умного человека.

— Очищение, — шепчет про себя Сент, не отводя взгляда.

Он проводит черным металлическим крестом по моей шее с мучительной медлительностью. От холодного гладкого металла по центру груди и между грудями пробегают мурашки, а глаза святого впиваются в меня. Крест проходит по животу и находит пупок, где он нежно обводит его. Мое тело воспламеняется, как лесной пожар, исходящий из основания позвоночника, при мысли о грубом акте, который заставляет его совершить Эроу.

— Грязной сучке это нравится, — комментирует Эроу, заставляя мой клитор гудеть в знак сожаления.

Ненавижу то, что мне нравится извергаемая им грязь. Ненавижу то, что он владеет моим телом с помощью своей жестокости. Оно оживает от его больных и извращенных слов. Он заставляет меня чувствовать себя грязной и ненормальной, ненавидя себя за то, что я получаю удовольствие от его любви.

Слезы текут по моему лицу, пока я борюсь с ощущениями, злясь на себя за то, что всю жизнь боролась с порывами, которые для меня совершенно естественны. Я человек, управляемый гормонами и разумом, который постоянно кричит на меня, говоря, что это неправильно. Неправильно испытывать удовольствие.