Эта больная любовь

Ты можешь сказать мне, где находится уборная?

Я должна выбраться отсюда.

Я бросаю его руки, создавая между нами некоторое расстояние, и делаю несколько шагов назад, практически спотыкаясь о свои каблуки.

— Дальше по коридору, вторая дверь слева, — кивает он мне вслед с озадаченным видом.

Я практически бегу обратно в дом сквозь толпу людей на вечеринке, избегая взглядов и разговоров, пока не нахожу ванную комнату. Дверь, вторая слева, к сожалению, занята, поэтому я продолжаю идти по коридору, пока не нахожу следующую свободную комнату.

Мне просто нужна секунда, чтобы отдышаться, отойти от неловкого разговора и от суеты людей, занимающихся маркетингом и налаживанием связей с высшим руководством нашего небольшого сообщества.

Найдя, похоже, пустую свободную спальню, я закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней спиной в тускло освещенном помещении.

Неужели Барет был прав? Это было бы впервые. Может быть, у Сэйнта действительно были ко мне скрытые чувства, которые он оттолкнул своей незрелостью. Взгляд его глаз сегодня не был похож ни на что, что я когда-либо видела у него. Серьёзный. Почти нуждающийся. Тёмный.

Что-то изменилось, и мне нужно было быть осторожной, чтобы правильно повести себя.

Оно испугало меня. То чувство, когда наши руки встретились. Что-то проснулось во мне, и в голову пришла мысль о том, что эти руки могут быть на моем теле, касаться меня под платьем. Это работа дьявола. Мне нужно было держаться подальше от этих соблазнов, от внезапной похоти, угрожающей моему контролю, особенно когда моё имя теперь в центре внимания.

Я поворачиваюсь к двери, прислоняясь к ней лбом, а руками упираюсь в прохладную поверхность, мне нужно время, чтобы избавиться от этих мерзких мыслей и отвлекающих факторов, прежде чем вернуться на вечеринку."

"— О, куколка, — слышу глубокий голос мужчины позади меня, и мой позвоночник напрягается. Прежде чем я успеваю обернуться, тело прижимается к моей спине, пригвоздив меня к деревянной поверхности. — Ты так много думаешь, когда остаешься одна, — говорит он, его мрачный тон заставляет волосы на моей шее встать дыбом.

Я пытаюсь повернуть голову, чтобы посмотреть в лицо тому, кто он, но дыхание буквально вырывается из моих легких от страха, когда он прижимает меня своим телом к двери.

— Шшш, — шепчет он мне в шею, в ноздри ударяет запах кожи и серы. — Не кричи, — его глубокий голос прорывается из его груди в мою, а его волосы щекочут мою шею. — Я бы не хотел сломать свою новую любимую игрушку.

Кисти, украшенные различными кольцами и множеством шрамов, скользят по моим рукам к двери, пока не находят мои. Его пальцы медленно проникают сквозь мои, пока он не переплетает наши пальцы своими сильными, покрытыми венами кистями.