Эсса

Сначала её заинтересовали знакомые многоэтажки, потом ей показалось, что она узнает лица участников трагедии, а потом, Эсса с жадностью смотрела, как умирает мерзавец Тод!

Его глаза выражали детское удивление при виде ножа в своей груди. А Эссе казалось, что она ещё провернула бы его, чтобы гад испытал больше боли. По его милости она пожизненно связана с болью. Он украл её здоровье, внушил страх и довёл до отчаяния! И каково же девушке было увидеть, что в её руках жизнь подонка! Умирающий Тод светился зелёным, и это свечение перекладывало на Эссу ответственность за его спасение!

Не в силах сдержать вопль несправедливости, девушка вскочила с кровати и долго металась по квартире, сжимая кулаки.

Она не знает, когда с ним это случится, не желает его спасать, не хочет тратить силы даже на то, чтобы смотреть по вечерам в окно! Нет, нет и нет! Только не на эту мразь!

На следующий день Эсса рано утром отправилась на завод и вновь высматривала того парня, что мог бы остаться жив. Днём работала, а вечером вернулась к заводским и встречала рабочих, вглядывалась в лица, но всё было напрасно.

Теперь она жалела о бездарно пропущенных днях. Ей бы как раз хватило того времени, чтобы приноровиться и высмотреть нужного человека! И всё же, пусть поздно, но она не собиралась больше сдаваться. Завтра рано утром она снова приедет сюда и поднимет шум на заводе, а там — будь, что будет!

С такими мыслями Эсса вернулась домой, поужинала и легла спать.

Проснувшись на рассвете, она наскоро позавтракала и побежала на станцию, стараясь успеть до основного потока рабочих. Ночью выпало много снега и дорогу на её улице ещё не расчистили. Переступая, как цапля, Эсса свернула и пошла в обход, чтобы выйти на чистую соседнюю улицу, а оттуда уже поспешила вослед редким ранним пташкам.

Пристроившись за двумя мужчинами, бережно поддерживающими под локотки женщину, она пыталась продумать фразы, которые зацепили бы людей и руководство завода. Ей всего-то надо было задержать начало работы на пару часов!

Задумавшись, Эсса поскользнулась и со всей дури шмякнулась на коленки, горестно взвыв от боли и досады. Идущая впереди троица обернулась, мужчины подбежали к ней, чтобы помочь встать.

— Вы не ушиблись?

— Реджи, конечно, она ушиблась! — сварливо заметила женщина. — Мне самой жутко только лишь от звука её падения.

Эсса скривилась от боли, но боялась плакать или как-либо показывать свои эмоции, только чтобы её не бросили, посчитав обузой. Она во что бы то ни стало должна добраться до станции, а в электричке переведёт дух.

— Давайте-ка, вот так, осторожно, — приговаривал мужчина постарше, помогая ей подняться.

Девушка отметила его приятное лицо и лёгкое волнение.