Эскортница

Артём давит свои телом, вжимается, растягивая. Я в плечи его вцепляюсь, недопустимо царапая, но эта мысль лишь мелькает где-то на периферии и улетучивается. Он срывается и долбит меня, размашисто трахает, пьет душу, словно годами скитался по пустыне и добрался до источника."

"Мы скользим нещадно! И при этом двигаемся без остановки. Чуть неуклюже, но адски горячо, воплощая пошлую фантазию. Прекратить немыслимо. Смерти подобно. Есть только он. Его тело. Его поцелуи. Его член внутри меня.

Первый оргазм обрушивается почти сразу же, я сладко кончаю. После чего Артём резко выходит, стягивает резинку и быстро двигает рукой по стволу. Между ног все еще горит, пылает, я продолжаю стонать, ощущая отголоски спазмов. Теплая сперма прыскает на грудь и живот. Артём слегка запрокидывает голову, изливаясь на меня. Почти как и хотел.

Завороженно застываю, обалдев от такого зрелища. Сердце в груди снова и снова разрывается. Грязно, порочно, я в таком диком кайфе, что себе не принадлежу.

И правда его блдь.

— Сука, — ругается Артём себе под нос. — Ах**нно.

— Я еще хочу.

— Да, блдь, я тоже! — Он хватает новый конвертик. — Ты пздц какая вкусная, сожрал бы целиком.

Улыбаюсь, наблюдая, как Артём натягивает второй презерватив.

— Мне помыться? — волнуюсь.

— Некогда. — Он падает на меня, входит.

Мы обнимаемся и жарко целуемся — так это славно и замечательно. Горячка чуть спала, и Артём начинает двигаться плавно. Безумно приятно. Целует меня без остановки, ласкает, словно чувства испытывает. Мои самые нежные клеточки горят от каждого его движения. Я и сама горю!

Горю, как и положено грешнице. Но это нестрашно, потому что ему хорошо. Я чувствую свободу, ощущаю полет!

В этот момент сигналит сотовый.

— Будильник? — выдыхаю.

— Это мой. Не обращай внимания.

Мы снова обнимаемся. Но телефон пищит без остановки.

— Я уже почти, — шепчу, сжимая Артёма. Стараюсь вновь попасть в волну. — Отвлекает. Я так хочу... Выключи его.

— Сейчас перестанет.

Но мобильный продолжает трезвонить. Как только звонок заканчивается, начинается новый.

— Да мать его! — ругается Артём. Приподнимается на локтях, берет телефон, мажет глазами по экрану, однако вызов не сбрасывает.

Вместо этого его лицо меняется. Не могу понять, что именно происходит, но даже в приглушенном свете ночника разница колоссальная. Артём словно исчезает. Нет, я по-прежнему ощущаю вес его тела, член внутри себя, но мыслями Истомин определенно далеко.

Тут же теряюсь. Наша пошлая романтика из грязно-возбуждающей превращается в стыдную и неловкую.

Артём прочищает горло. Выходит из меня.

— Придется ответить. Галчон, подожди в гостиной.

— Мне уйти? — переспрашиваю обескураженно.

— Да.

Он отворачивается, принимает вызов и произносит:

— Привет.