Эскиз нашей любви

– Тогда ничего не меняется, Зейн, – выдыхаю я, опуская ладони на живот. – Если ты помнишь, я ушла из вашей квартиры не потому, что Кэмерон отпустил меня, а потому, что я больше не могу бояться за него, за себя и – не хотелось бы этого признавать, но даже за тебя.

– То есть, – он смотрит на меня сверху вниз, закрывая вид на звезды, – ты все равно уедешь отсюда?

– Да.

– Ты ведь любишь его.

– Конечно люблю. Хотела бы я заглушить это, но, кажется, с каждым днем люблю только сильнее.

– И ты страдаешь без него, иначе не выглядела бы так отвратительно.

Тихо рассмеявшись, прикрываю веки на несколько секунд.

Зейн вглядывается в мое лицо и, кажется, понимает, что нет смысла продолжать этот диалог. Обсуждение все равно пойдет по кругу.

– Что ж, – вздохнув, он откидывается на спину, устраиваясь рядом со мной. – Я хотя бы попытался.

Университет. Аллея у малого корпуса.

1.06.18. День.

– Не могу поверить, что этот учебный год почти закончился, – прикрыв веки, Нейт делает глубокий вздох. – Скорее бы, мне уже снятся кошмары, как я заваливаю экзамен, и меня отправляют на первый курс, чтобы пройти все с самого начала.

– Уже решил, куда поедешь потом?

– Начну с Большого каньона, а там посмотрим. Точно не хочешь со мной?

– Ты вчера на протяжении двух часов описывал плюсы жизни в палатке; спасибо, но я не приспособлена к жизни в экстремальных условиях. Я потеряюсь, как только мы зайдем в каньон или лес.

Рассмеявшись, Нейт кивает, молча соглашаясь. Двери Малого корпуса распахиваются, и, услышав знакомый смех, я поднимаю голову. Тело пробивает мелкая дрожь, а сердце на секунду останавливается, прежде чем забиться с тройной силой. В самом верху лестницы стоят Кэмерон с Зейном.

Невольно улыбаюсь, глядя на Кэма. Я не видела его с того вечера, когда мы расстались. Мне жутко хочется обнять его и одновременно с этим убежать отсюда.

– Совсем озверели! – доносится строгий голос миссис Докери. – Курить свои проклятые сигареты прямо в стенах здания!

Секретарь нашего декана выходит следом за мальчиками и, тяжело дыша, проводит ладонью по вспотевшему лбу. Тучной миссис Докери на вид далеко за шестьдесят, она очень медленно двигается, но всегда кричит так громко, словно говорит в мегафон.

– Быстрее бы вы выпустились! – она словно обращается не только к парням, но и вообще ко всему кампусу. – Сколько можно? С каждым годом все хуже и хуже!"

"– Я слышал, – отвечает Зейн, – что первый раз эту фразу вы сказали, когда вместо университета здесь были первые поселения индейцев.

– Уйдите оба с глаз моих, ради бога!

Отмахнувшись, она, кряхтя, возвращается обратно. Тихо посмеиваясь, ребята спускаются по лестнице. Заметив меня, Кэмерон слегка замедляется. Внешне я остаюсь абсолютно спокойной, но внутри все горит, будто по венам пустили кипяток.