Эскиз нашей любви

Я тоже вернулась к старой работе в закусочной; зашла отдать забытые ключи от шкафчика, а босс бросил в меня фартук и, проворчав что-то, отправил в переполненный зал – так он обычно извиняется и просит помочь."

"Все бы хорошо, если бы не состояние Зейна. За все это время я ни разу не видела его трезвым. Он пьет, курит и каждую ночь приводит к себе разных девушек. Кэмерон говорит, что Зейну может помочь только Сабрина, но он больше не лезет в их отношения, потому что когда такое случилось в последний раз, Зейн впервые в жизни кинулся на Кэма с кулаками. Чем яростнее Зейн оскорбляет Сабрину, тем больше становится понятно, как сильно он ее любит. Не понимаю, почему он просто не может признать это. Кэм лишь отвечает мне, что у них все сложнее, чем можно себе представить.

Вечно хмурый Зейн и правда всем своим видом говорит: «Осторожно, убьет!». В самом начале нашего знакомства я побаивалась этого парня, но со временем привыкла к его грубости.

Проснувшись, я, не поднимая век, протягиваю руку, чтобы найти Кэма, но в кровати рядом со мной его нет. Приподнявшись, открываю глаза. За окном льет дождь, но я все равно улыбаюсь. Теперь, когда я почти каждое утро просыпаюсь в постели Кэмерона Райта, я счастлива, и никакой дождь не может этого изменить.

На подушке Кэма лежит сложенный вдвое листок. С нетерпением раскрываю его и читаю:

«Ты так мерзко храпела, что мне пришлось уйти. Прости, не мог сказать тебе это в глаза: мы расстаемся. Я заслуживаю лучшего».

Рассмеявшись, ложусь на его подушку и, прикрыв глаза, вдыхаю впитавшийся в ткань аромат парфюма.

Провалявшись еще немного, все же заставляю себя подняться, сходить в душ и одеться. Надев джинсы и футболку, собираю влажные волосы в небрежный хвост и выхожу на кухню.

– Доброе утро, – бросаю я Зейну, направляясь к чайнику. – Опять завтракаешь пивом?

– Энди, сделай одолжение, – захлопнув холодильник, он снимает с бутылки крышку и бросает ее на стол, – отвали.

– Не думал позвонить Сабрине и попробовать помириться? Может, тогда ты снова начнешь улыбаться, – указываю взглядом на кружку с их совместным фото. Прошло столько времени с тех пор, как я случайно уронила эту кружку, но Зейн до сих пор не выкинул ее, даже несмотря на отколотую ручку.

– Скорее, Бен Ладен взорвет Пентагон в честь ее вагины, нежели я наберу этой ведьме.

– Бен Ладен умер, Зейн.

– Вот именно, – бросает он, уходя в комнату.

Пока закипает чайник, я подхватываю со стола пробку, и ладонь сама замирает над забытым телефоном Зейна. Не успеваю подумать, как уже беру его в руку, ввожу запомнившийся пароль – четыре тройки, лезу в список контактов и переписываю номер Сабрины в свой телефон. Знаю, что плохо лезть в чужие отношения, но я больше не могу смотреть на то, как Зейн гробит себя.