Эскиз нашей любви

– К черту собрание, давай сбежим?

– Нет, – рассмеявшись, я поднимаюсь на ноги. – Мне очень важно извиниться перед твоей мамой.

– Банни, – зовет Кэмерон и, обняв меня со спины, идет вместе со мной к зеркалу. – Я же прекрасно тебя знаю, ты не станешь грубить без повода. Тебе не за что извиняться.

– Все, уходи, – обернувшись, я подталкиваю его к двери. – Ты меня отвлекаешь, мне нужно собраться.

Но Кэм не уходит. Вместо этого он оглядывает меня с ног до головы тем самым взглядом, которым недавно смотрел на меня, когда мы были в постели.

– Просто хочу запомнить, как ты выглядишь в моем свитере.

От этих слов у меня приятно жжет в груди. Не совсем понимаю, как я могу возбуждать Кэмерона, стоя перед ним со спутавшимися волосами и без косметики на лице. На секунду мне кажется, что он вообще издевается надо мной, но он тут же доказывает обратное и, шагнув навстречу, целует меня в губы.

Сначала я, хоть и слабо, пытаюсь противостоять, но требовательный поцелуй пробуждает рой чувств в моей груди, от которых голова идет кругом. А может, и правда, к черту это собрание?

Кэм подхватывает меня за талию и усаживает на столешницу, но что-то подо мной издает громкий хлюпающий звук. Дурацкий тюбик крема, который я оставила открытым.

Чуть отстранившись, Кэм вскидывает брови в немом вопросе.

– Это крем! – поспешно поясняю я, краснея. – Я села на крем. И, кажется, – поморщив нос, ерзаю по столешнице, – у меня в нем весь зад.

В этот раз он даже не пытается сдержать смех.

– Очень смешно, – спустившись на пол, опускаю руку и убеждаюсь в том, что вся моя задница в креме. – Все, вот теперь точно проваливай, – я толкаю его к двери перепачканными в креме руками.

– Погоди, Банни, а как же мой свитер?

– Это теперь мой свитер.

Он все еще смеется, а я захлопываю перед ним дверь и начинаю собираться.

– Это катастрофа, – прикрыв веки, Аннабель прижимает пальцы к вискам. – Меня засмеют. Уже к вечеру эта новость будет в прессе.

– Не утрируй, мам, – Кэм закатывает глаза. – Никто не читает местную газетенку.

– Ты весь в отца, вам всегда было плевать на сплетни, а краснеть приходится мне. Гарольд, Беатрис уже в курсе?

– Бабушка в курсе. Она сказала, что уладит этот нюанс и никакой шумихи не будет, можете не переживать. Все будут говорить, что ланч под вашим руководством прошел идеально.

– Боже, как стыдно, – она берет стакан с виски и льдом. – Почему это произошло именно в день приезда гостей с Лонг-Айленда? Гарольд, мне жутко неловко тебя просить, но не мог бы ты помочь Присцилле и Фредерике разрядить атмосферу, пока все гости не разъедутся играть в гольф?

– Без проблем, – вместе с Гарри уходят пятьдесят процентов моей моральной поддержки."

"Чем меньше людей на моей стороне, тем крошечнее я себя чувствую в глазах Аннабель Райт.