12 шедевров эротики

Всего каких-нибудь несколько неприятных минут, ведь не целое же море, наконец, придется выпить. На вашем месте я и задумываться не стала бы. Такая красивая девушка, как вы, такая изящная и, наверно, очень красиво сложенная и ребенок, это было бы убийственно.

— Успокойтесь, у меня нет никакого желания иметь ребенка.

— Да. Да, никто этого не хочет. Только… А скажите, Ваш хозяин никогда вам не делал предложение?

— Нет.

— Удивительно. Ведь он известный. А в саду, утром, когда он около вас так близко стоял?

— Уверяю вас…

Роза недоверчиво качает головой.

— Вы ничего не хотите говорить, вы мне не доверяете, это ваше дело. Только шила в мешке не утаишь.

Она выводит меня, наконец, из терпения.

— Послушайте! — крикнула я ей, — вы, должно быть, воображаете, что я готова спать с кем угодно, даже с отвратительными стариками?

Она ответила холодным тоном:

— Э! Моя милая, не задирайте нос, пожалуйста. Другие старики стоят молодых. Это верно, что ваши дела меня не касаются. Ведь я же так и сказала.

В заключение она ядовито замечает, заменив свой мед уксусом:

— Наконец, это вполне возможно. Очевидно, ваш Ланлер предпочитает более зеленые плоды. У каждого свой вкус, моя милая.

По дороге проходят крестьяне и почтительно кланяются Розе:

— Здравствуйте, Роза, как капитан, по-прежнему здоров?"

"— Благодарю вас, здоров. Вино, поди, попивает.

По дороге проходят горожане и кланяются Розе:

— Здравствуйте, Роза. Как капитан?

— По-прежнему, благодарю, вы очень любезны.

По дороге медленным шагом, наклонив голову, идет священник. Увидев Розу, он останавливается, кланяется, улыбается, закрывая свой требник.

— Это вы, мое дорогое дитя? Как поживает капитан?

— Благодарю вас, батюшка, живем понемногу. Капитан занят чем-то у погреба.

— Очень хорошо. Очень хорошо. Он, надеюсь, красивые цветы посадил, и в будущем году у нас во время крестного хода будут красивые алтари.

— Непременно, батюшка.

— Всего хорошего, мое дитя, привет капитану.

— И вам также, батюшка.

Он открывает свой требник и уходит.

— До свидания, до свидания. Лучших прихожан, чем вы, и желать нельзя.

И я ухожу, немного опечаленная, обескураженная, озлобленная. Я покидаю эту мерзкую, толстую Розу с ее отвратительным счастьем, торжествующей, приветствуемой всеми, почитаемой всеми. Скоро, я уверена, священник водрузит ее в нише своей церкви с двумя восковыми свечами по бокам, разукрасив золотом, как святую.

Глава девятая

25 октября.

Единственный человек, который меня интригует здесь, это Жозеф. Он окружен какой-то тайной, и я не знаю, что происходит в глубине этой молчаливой и неистовой души. Но я уверена, что в ней происходит что-то необыкновенное. Его упорный взгляд трудно иногда выдерживать, и я отвожу свои глаза.