12 шедевров эротики

— Иди теперь прямо по дороге, — сказал старший из братьев конюху, — и сделай так, как было сказано. Мы сойдемся в церкви к началу обедни.

— Ладно, — ответил Григоль, подмигнув. — Знаю, недаром служил в солдатах.

Он ускорил шаги и опередил их на несколько сажень.

Они смотрели, как он все уменьшался в глубине отдаления. Вскоре он был у домиков, пошел вдоль забора и углубился под навес широкого сарая, а они продолжали идти, не изменяя своего шага.

Тропинка спускалась зигзагами по откосу, немного не доходя домиков. Они пошли по ней и вышли на проезжую дорогу. Низкие строения с соломенными крышами мелькали по краям и далее примыкали теснее друг к дружке, образуя целую улицу, в конце которой находилось открытое пространство — общественная площадь. В глубине возвышалась между домами церковь со своей колокольней, напоминавшей перечницу.

На колокольне звонили. Они поднялись по трем ступенькам на паперть.

Григоль в это время бродил по двору фермера Эйо, ища кого-нибудь.

Он заходил в конюшню, в хлев, в подвал; не найдя никого, стал толкаться в двери, покашливал, звал, громко стучал по земле башмаками.

— Эй, есть ли какая живая душа за этими стенами? — крикнул он под конец, выведенный из терпенья.

Голая фигура человека высунулась из окошка чердака и недовольно окликнула: «чего надо?»

— Спустись-ка сюда, Кроллэ, мне надо кое-что сказать тебе, — ответил Григоль."

"— Ах, это ты! Дай вот оденусь, сейчас, — сказал другой, натягивая рубашку.

— Живей! Не канителься!

Через несколько времени заскрипела лестница, ведшая на чердак, и Кроллэ, со спутанными волосами, в которых застряли соломинки, спустился во двор, застегивая подтяжки.

— У меня есть новости, — сказал Григоль.

— Ну, какие такие.

— Дело в том, если тебе не лень, можно будет подраться, так, просто ради забавы: ведь ни ты на меня, ни я на тебя не в обиде, — об этом что говорить, — ну, а так только позабавиться, понимаешь.

Григоль выждал минутку и затем таинственно продолжал:

— Ты только молчи, слышишь! Никому ни гу-гу! Наши господа хотят потягаться с вашими, смыть свое бесчестье, как говорится… Надо вот об этом с ними переговорить. Позови-ка их.

Кроллэ вращал удивленно глазами. Это был вялый и тихий парень с бычьей шеей.

Благодаря настояниям Григоля, он, наконец, позвал фермеровых сыновей.

— Эй, господа, подите-ка сюда!

В прихожей раздались шаги, и Гюбер Эйо показался.

Григоль приблизился, снял фуражку и сказал:

— Меня послали сыновья Гюллота. Их будет двое, Варнан и Матье. Они просят, чтобы вы тоже пришли вдвоем. Они будут сейчас в церкви. Потом пойдут в кабачок, что против церкви, и пробудут там до полудня. Если вы туда не придете, они будут вас ждать у Лабюзетт, в «Золотом Горшке», до двух часов.