Эротические рассказы Stulchik.net - Категория \

Его рука начала несмело задирать подол рубашки матери.

? ?ватит на сегодня. Так много нельзя, - не поворачиваясь и не двигаясь, проговорила мать.

- Ну, мама, миленькая, дорогая, я еще хочу чуть-чуть, - умолял сын, продолжая несмело задирать подол рубашки."

"Мать молчала и не двигалась. Наконец, подол рубашки был задран до пояса и рука мальчика гладила и щупала теперь голые ляжки и бедра матери. Затем он несмело попытался просунуть руку сзади под ягодицами к промежности. Но сзади было очень тесно и рука пролазила с трудом. Мать молча приподняла ногу и рука мальчика легко скользнула дальше, ощупав мокрую промежность и мокрые срамные губы. Мальчик умоляющим голосом произнес:

- Мамочка, пожалуйста, ляг на спину, я только чуть-чуть... Мать перевернулась на спину и со вздохом: Ну что с тобой делать задрала рубашку еще выше, согнула в коленях и раздвинула широко ноги. Мальчик быстро лег между ног, быстро нащупал и сразу загнал по самые яйца член во влагалище.

- Ого,.. ой, как быстро ты научился..., - тяжело дыша, сказала мать. Ею постепенно овладевала похоть. Член то с хлюпаньем пропадал во влагалище, то выходил до самой головки. Теперь, во второй раз мальчик коитировал с усердием, быстро и долго. Мать почувствовала, что наступает близкое наслаждение:

- Еще... еще... сильнее... еще раз... ну... до конца... о-о-о-х... а-а-а-х...

Она спустила одновременно с сыном, крепко прижав его к себе руками и обхватив ногами.

Она, опытная и зрелая женщина, впервые испытала такое острое, захватывающее дух своим бесстыдством наслаждение.

После этого, утомленные, они быстро заснули. Мальчик проснулся поздно, когда лучи солнца давно освещали спальню. Ощупав рукой кровать и не найдя там матери, он бросился в ее спальню.

Мать только что приняла ванну и, стоя перед зеркалом, надевала трусы.

Мальчик бросился к ней:

- Спасибо тебе, мама, как я тебя люблю, мамочка - прижимался он к матери. Мать ласково гладила его по голове. Мальчик отстранился, с любовью глядя на мать. Мать была не одета, на ней были только узенькие белые, шелковые трусы, плотно обтягивающие бедра. Она взяла со спинки стула бюстгальтер и приготовилась его надевать.

Мальчик стоял, как завороженный, открыв рот.

- Мамочка, какая ты красивая. Умоляю, не одевайся, дай на тебя чуть-чуть посмотреть.

То, что они делали с матерью ночью, происходило в полной темноте, и теперь он впервые видел мать при свете в таком виде. У нее были тяжелые, слегка отвисшие полные груди с крупными розовыми сосками. Сквозь тонкий шелк трусов просвечивался черный треугольник волос, трусы четко обрисовывали лобок, разделенный слегка заметной ложбиной снизу, там, где сходились ляжки.

- Ну, посмотри, посмотри, - ласково улыбалась мать, гладя его по голове.