Эротические рассказы Stulchik.net - Категория \

А тут, плюс колотун от ожидания ужасного и непоправимого. Ну, хоть кто ни будь, проникнитесь моим состоянием! Все разом выпили. Светка зажмурилась от удовольствия и медленными глотками поглощала колу. Я же провожал взглядом каждый её глоток. Выждал несколько секунд, вглядываясь в лица присутствующих. Пока, ничего не произошло. Петруха говорил, что зелье просрочено, вот бы вообще не подействовало. Уж как бы я был рад!

- Ой, - воскликнула мама, - что-то слабенький аромат, наверное, выдохся весь, подолью-ка я еще.

""Ёб твою мать, ёб твою мать, ёб твою мать"", - взмолился я мысленно, вжимая голову в плечи. Дозняк итак был нечеловеческий, а мама ещё подливает. У них же на завтра вместо мозгов решето будет. Петруха ведь, сказал вполне однозначно, извилины в спиннинговую шубу спутаются.

Мама плеснула из пузырька еще. Папа, опять улыбаясь по-Сфински, поработал барменом, встряхнул бутылку, смешивая жидкости. Разлил опять по рюмкам. Папа сейчас будет с ответным тостом. Традиция. Оскомина уже, как от ежегодного дедморозовского праздника. Вот эти два праздника ненавижу более всего из-за скучной режиссуры и заорганизованности. Я напряг память. Ага. Сейчас папа скажет о любви к семейству Петра Петровича.

- Петр Петрович, - папа задрал высоко в воздух рюмку, - Ты же знаешь, и все вы знаете, как я люблю вашу семью, ты для меня - брат и мой старый товарищ, такой, которому веришь, как себе. Если тебе и твоей семье понадобится, не дай бог, моя кровь или сердце, то... это ваше.

Я уже не могу. Ёрзаю на стуле. Свалить бы, зарыться с головой в подушку. В прошлом году было такое же состояние, но уйти нельзя. Официальная часть. Тут уж никто жрать не станет, пока главы семейств не обменяются комплиментами, отдающими многолетней тухлятиной. Потом должны сказать своё слово их жены, потом дети. Ну а тогда, можно и поесть. Я, честно, есть уже не хочу, у меня от страха желудок спёкся, все поджилки трясутся. Пока слава богу, ничего еще не произошло. Но, наверное, произойдёт. Оставалось лишь ждать. Вот уже наступила очередь говорить тёте Наташе, она поднялась с рюмкой в руке:

- Женечка, - выпалила тётя Наташа в эйфории, - я никогда не забуду наш, твой первый день рождения! Всю жизнь пронесу память... .

Всхлипнула и села на место. О. Кажется, появились первые симптомы. Такого экспромта, в прошлом не было.

- Браво, Наталья! - Воскликнула Дана и тоже всхлипнула в умилении, - Вы так это хорошо сказали. ""Всю жизнь пронесу память... "". Я выпью за наше, за женское сердце.

Вот, блядь, дура сентиментальная. Я то был о ней лучшего мнения. Но это, похоже, зелье в ней уже заговорило. Видно было по ней, как она рисуется перед дя Костиком и строит ему глазки. Сразил он её, наверняка, глубокими познаниями Славянской истории.