Эротические рассказы Stulchik.net - Категория \

Мы успели обсудить положение на Ближнем Востоке, прошедшую на днях автомобильную выставку, скандальную историю с известной певицей (не помню, как ее зовут, но тогда только ленивый не пнул ее за аморальное поведение). Потом, пряча глаза, он завел долгую и нудную песню про то, как сейчас плохо финансируется здравоохранение..."

"Мне, право, было довольно забавно слушать, как этот очкастый филин вытягивает из меня деньги. Дослушав его монолог до конца, я не спеша закурил сигарету и долго пускал дым в потолок. Начал я тоже издалека. Мой рассказ сводился к тому, что на моем попечении остается несовершеннолетняя племянница, работа у меня тяжелая, тянуть сразу двух иждивенцев будет крайне обременительно, тем более я боюсь за девочку, мать которой способна вести себя крайне агрессивно...

Расстались мы через полчаса добрыми друзьями. Мой банковский счет существенно облегчился. А пребывание Мышки в стенах лечебницы увеличилось на восемь лет. Это меня вполне устраивало. Тринадцать... Нет, уже скоро четырнадцать плюс восемь... Да, все сходится. Когда она выйдет из больничных стен, моя возлюбленная будет уже совершеннолетней.

Я подъехал к их дому поздним вечером. Она стояла на пороге в легком платьице, крайне выгодно подчеркивающем ее фигуру.

- Аврора... Есть разговор. - Я произнес ее имя, так и не понимая, что хочу ей объяснить. Слишком многое надо было сказать в одной фразе... и затянувшееся лечение матери, и полная свобода после отъезда отца, и мое отношение к ней...

Но она прикрыла мои губы ладонью.

- Ничего не говори. Иди ко мне.

Еще сотню раз, обращаясь к своей памяти и заглушая голос совести, я буду оправдываться тем, что это она первая позвала меня. Но тихий ехидный голосок моего alter ego все равно не давал покоя. Потом, когда грянула катастрофа, этот голосок превратился в громовой хохот. Впрочем, какая мне разница до этого теперь.

А тогда... Тогда я был бессовестно счастлив.

В спальне наверху я торопливо раздевал ее, срывая одежду с нежного девичьего тела, покрывая поцелуями каждый сантиметр чудесной шелковой кожи, вбирая ноздрями аромат первой любви, жадно, ненасытно, до бешеного сердцебиения, когда кажется, что внутри не маленький моторчик, а судорожно бьющаяся в поисках свободы запертая птица. Мои ладони сжимали ее грудь, мои губы срывали поцелуи с ее уст, мое тело горело нестерпимым жаром желания, все мое естество требовало превращения в один пульсирующий уголек страсти.

Как она стонала! Как дрожало ее тело в моих руках! Как отвечал она на мои ласки, иногда нежные, иногда жесткие... Нет, нет, определенно, этого не описать словами, каким бы богатым не был язык. Это надо прочувствовать, пройти полностью, ощутить...