Эркюль Пуаро

И мы отрезаны от мира! На какой срок?

– И трое убийц, запертых в шкафу! – прибавил Шварц. – Вот что я назвал бы интересной ситуацией.

– Что же нам делать? – поинтересовался доктор Лутц.

– Во-первых, мы найдем управляющего, – ответил Пуаро. – Он не преступник – просто человек, жадный до денег. И к тому же трус. Он сделает все, что мы ему скажем. Мой добрый друг Жак или его жена обеспечат нас веревкой. Трех наших преступников следует поместить туда, где мы сможем их надежно охранять, пока не придет помощь. Я думаю, что автоматический пистолет мистера Шварца поможет нам осуществить любые планы, которые мы придумаем.

– А я? – спросил Лутц. – Что делать мне?

– Вы, доктор, – серьезно заявил Пуаро, – сделаете все, что в ваших силах, для раненого. Остальные будут нести непрерывную вахту – и ждать. Больше мы ничего не можем сделать.

VIТолько через три дня, ранним утром, перед гостиницей появилась группка людей. И именно Эркюль Пуаро широко распахнул перед ними входную дверь:

– Добро пожаловать, mon vieux[20].

Мосье Лементей, комиссар полиции, обеими руками обхватил Пуаро:

– Ах, друг мой, как я рад вас приветствовать! Какие ошеломляющие события, какие чувства вам пришлось пережить... А мы, внизу... наша тревога, наши страхи... ничего не знаем, всего опасаемся. Ни радио, никаких средств связи. Использовать гелиограф – это была гениальная находка с вашей стороны.

– Нет-нет. – Пуаро постарался принять скромный вид. – В конце концов, когда человеческие изобретения терпят неудачу, приходится снова обращаться к природе. На небе всегда есть солнце...

Маленький отряд вошел в гостиницу. Лементей сказал:

– Нас не ждут? – Его улыбка была немного мрачноватой.

Пуаро тоже улыбнулся:

– О нет! Считается, что фуникулер еще не отремонтировали.

Комиссар с чувством произнес:

– Ах, это великий день! Вы думаете, сомнений нет? Это действительно Марраско?

– Это Марраско, несомненно. Пойдем со мной.

Они поднялись по лестнице. Дверь открылась, вышел Шварц в своем халате и изумленно уставился на новых людей.

– Я услышал голоса, – объяснил он. – Что это значит?

Эркюль Пуаро высокопарно ответил:

– Помощь пришла! Идите с нами, мосье. Это великий момент.

Он начал подниматься по следующему лестничному пролету.

– Вы идете к Друэ? – спросил Шварц. – Как он себя чувствует, кстати?

– Доктор Лутц вчера вечером говорил, что он идет на поправку.

Они подошли к двери в комнату Друэ. Пуаро распахнул ее и объявил:

– Вот ваш дикий вепрь, джентльмены. Берите его живым и проследите, чтобы ему не удалось уйти от гильотины.

Лежащий в постели человек, со все еще забинтованным лицом, вскочил. Но полицейские схватили его за руки и не дали ему пошевелился.

Шварц закричал в изумлении:

– Но это же официант Гюстав... то есть инспектор Друэ!

– Да, это Гюстав, но это не Друэ.