Эркюль Пуаро

Ну, хорошо, что вы скажете о жителях Бродхинни, кто-то может нас интересовать?

Пуаро открыл записную книжку:

– Еве Кейн, если она еще жива, сейчас под шестьдесят. Ее дочери, чью теперешнюю жизнь так живописала «Санди Комет», сейчас тридцать пять. Примерно столько и Лили Гэмболлл. Дженис Кортленд – около пятидесяти.

Спенс согласно кивнул.

– Особое внимание – тем жителям Бродхинни, у кого работала миссис МакГинти.

– Что ж, подход логичный.

– Правда, дело усложняется тем, что миссис МакГинти наносила и разовые визиты, но для начала будем исходить из того, что увиденное ею – скорее всего фотография – находилось в одном из домов, куда она ходила регулярно.

– Согласен.

– Итак, с учетом возраста мы имеем следующее: во-первых, семья Везерби, где миссис МакГинти работала в день своей смерти. По возрасту миссис Везерби вполне может быть Евой Кейн, а ее дочь вполне может быть дочерью Евы Кейн – якобы от предыдущего брака.

– А фотография?"

"– Mon cher, опознать по ней человека – это исключено. Прошло слишком много времени, слишком много, как говорится, воды утекло. Точно сказать можно одно: миссис Везерби, безусловно, была хорошенькой. Это видно невооруженным глазом. Кажется слишком хрупкой и беспомощной, чтобы совершить убийство, но именно так, если не ошибаюсь, все воспринимали и Еву Кейн. Трудно сказать, какая физическая сила требовалась для того, чтобы убить миссис МакГинти: надо знать, каково было орудие убийства, какая была рукоятка, насколько легко им было взмахнуть, насколько острым было острие и так далее.

– Да-да. Ничего этого нам выяснить не удалось... но продолжайте, прошу вас.

– Насчет семейства Везерби могу высказать еще одно замечание: мистер Везерби, если пожелает, может вести себя весьма вызывающе, и, полагаю, иногда он это себе позволяет. Дочь фанатично предана матери. Отчима она ненавидит. Я никак не оцениваю эти факты. Просто принимаю их во внимание. Например, дочь могла пойти на убийство, чтобы уберечь мать, чтобы ее прошлое не стало известно отчиму. По той же причине совершить убийство могла и мать. И даже сам отчим – чтобы «скандал» не стал достоянием гласности. Вы не представляете, сколько убийств совершается во имя того, чтобы не упасть в глазах общества! Ведь Везерби – «милые люди».

Спенс кивнул.

– Если – подчеркиваю, если – публикация в «Санди Комет» – верный след, тогда преступник, вероятнее всего, в семье Везерби, – сделал он вывод.

– Именно. Единственный, кто еще в Бродхинни мог бы оказаться Евой Кейн, – это миссис Апворд. Но есть два обстоятельства, которые заставляют усомниться, что убийца миссис МакГинти – это миссис Апворд, она же Ева Кейн. Во-первых, у нее артрит, и почти все время она проводит в кресле-каталке...