Эргоном: Опричник среди теней (СИ)

— Смолчать-то, может, владельцы заводов и смолчат, но недовольство останется.

— Значит, нужно договориться с главами гильдий о том, чтобы забастовок не было. Уверен, им социалисты тоже не нужны в своих рядах.

— Как сказать. Впрочем, я поручу это организовать. Может, что-то и выйдет.

Через пять дней вышло моё интервью. А след за ним начались облавы, допросы и чистки в рядах рабочих. Показухи было больше, чем результатов, забастовок не последовало. Как я и думал, страх оказаться на подозрении опричников оказался сильнее веры в идеи о светлом будущем. Будущее-то оно где, а в тюрьму сесть можно уже сейчас. Маловато поработали красные, чтобы появились герои, готовые бросаться в жернова истории, так сказать.

Почти неделю продолжались облавы, прежде чем ко мне явились Свечкин и Марта и доложили, что один человек в замке начал вести себя подозрительно.

Глава 24

— И что она сделала? — спросил я, услышав имя.

— Встречалась с младшим поваром Елисеем. В коридоре замка. А там не должно было быть ни её, ни его.

— Так, может, у них роман?

Марта покачала головой.

— Никому так не хотелось бы найти этому оправдание, как мне, Ваше Сиятельство, но явно нет. Он ей что-то передал, и она сразу же ушла.

— Обыск в её комнате провели?

— Так точно. Ничего не нашли, кроме остатков пепла в раковине.

— А записи с камер отсмотрели?

— Да, Ваше Сиятельство. Нина развернула листок бумаги, прочла и сразу сожгла. И я не думаю, что это была любовная записка. С какой стати им прятаться?

— Действительно, незачем. Младшего повара взяли под арест?

— Четверть часа назад. Тихо, без шума. Он сейчас в подвале.

— Уже начали допрос?

— Мои люди с ним работают, — сказал Свечкин. — Он не показался мне крепким орешком.

— Хорошо. Главное, чтобы не перестарались.

— Я думаю, он быстро расколется. Но что нам делать с вашей девушкой?

Я взглянул на Марту.

— Мы поступим, как прикажете, — быстро проговорила она.

— Тогда берите её и тащите в камеру. Как только сделаете это, сообщите мне.

— Слушаюсь! — кивнула Падшая.

— И постарайтесь взять её живой."

"— Конечно, Ваше Сиятельство.

Когда они ушли, я прогулялся по комнате. Настроение было ни к чёрту. Да, с одной стороны, наконец, выяснилось, кто был вражеским агентом, и, вероятно, приложил в своё время руку к запуску той самой ракеты, что меня едва не прикончила, но, с другой, эта Падшая, как и остальные, присягнула мне на верность. И участвовала в похищении Петра Френкеля. Успела она рассказать кому-нибудь об этом?

Нет, она однозначно нужна была живой. И разговорчивой.

В дверь постучали спустя минут двадцать. Заглянула Марта. По её лбу была размазана кровь.

— Ну?! — быстро спросил я. — Жива?

— Так точно, — кивнула девушка. — Скрутили и отправили в подземелье.