Эргоном: Опричник среди теней (СИ)

А сам подарок, безусловно, станет для китайского квартала событием, весть о котором разнесётся очень быстро. Желающих узнать, что напишет прославленный каллиграф на свитке, наберётся несколько сотен, если не тысяч. Одному богу известно, сколько азиатов проживает в городе.

— Я с радостью и благодарностью принимаю ваше предложение, госпожа Беркутова, — поклонился я. — И сегодня же отправлюсь к Сию Пану, чтобы договориться о свитке.

Школа каллиграфии располагалась недалеко — всего через два квартала. Знаменитый мастер поначалу отказался от работы, заявив, что у него и так полно срочных заказов, но, узнав, для кого заказывается свиток, да ещё такого размера (и цены), передумал и согласился всё сделать в шесть дней. Внеся задаток, я вернулся домой и обрадовал Беркутову. Та была в восторге и в ответ сообщила, что нашла трёх человек, пожелавших поучаствовать в подарке.

— Было и больше, — сказал она, — но я выбрала самых достойных!

— Не сомневаюсь, — ответил я."

"В течение следующих дней я по утрам исчезал, ссылаясь на необходимость медитаций, а на самом деле ходил в школу, так как каникулы кончились. Это было страшно неудобно и рискованно, но пропускать занятия было нельзя. К тому же, они давали какое-никакое алиби. Ну, и позволяли избегать Дашу. Кроме того, мой план требовал дополнительной подготовки. Я задействовал Падших и старого Прыгуна, который как раз полностью восстановился. Пребыванием в замке он казался совершенно доволен и, услышав, что от него потребуется, даже не стал кочевряжиться и сразу согласился. Также я утряс договор с Френкелем. Парень принял все условия и, кажется, даже остался доволен. На следующий день его брат исчез. Был похищен неизвестными по пути из школы домой. Отец, конечно, поднял на уши всех, кого мог, но на меня подозрения упасть не могли, ведь у нас с ним не было никаких тёрок. А то, что старший сын нанял ассасина империи, чтобы избавиться от брата, ему, конечно, в голову не пришло: это парню было попросту не по карману. К тому же, вскоре барон получил требование выкупа.

Возвращаясь в дом Беркутовой, я принимал у себя в комнате посетителей, желавших получить предсказание. Делать их было нетрудно: мужчинам обещал победу над врагами, продвижение по службе и предупреждал о тайных недоброжелателях; женщинам сулил любовь и грозил коварными соперницами. У каждого человека в окружении есть тот, кого он подозревает в злом умысле, так что проблем с предсказаниями не возникало. Сроки я называл в пределах двух недель, и людям это нравилось. Кому охота ждать богатства по полгода?

С Ливеем я виделся ещё дважды. На последней встрече даос особенно настаивал на моём переезде. Я согласился и выбрал день, на который было назначено вручение подарка.