Эрагон. Книги 1-4

Точно тебе говорю! А ты меня бросил! Променял верного Орика на каких-то эльфов… А эльфы эти — такие зануды! Ей-богу, жалкий народ, точно тебе говорю. Прямо тоска берет!

Эрагон почувствовал себя даже слегка виноватым, так расстроен был несчастный гном. Он с улыбкой извинился перед ним и сказал, что действительно слишком увлёкся своей новой жизнью.

— Прости, что не навестил тебя, Орик, но мои занятия отнимают у меня все время. Давай-ка сюда твой плащ. — Помогая гному снять его коричневую накидку, он спросил: — Что это ты такое пьёшь?

— Фёльнирв, — сообщил ему Орик. — Ра-асчудесное питьё, доложу я тебе! Даже в носу свербит от удовольствия. Самое лучшее и величайшее из всех хитроумных эльфийских изобретений. Сразу начинаешь понимать, где находишься. И слова с языка так и льются, так и текут, проворные и быстрые, как рыба гольян, и лёгкие, как колибри, а гибкость в речи появляется такая, словно это не слова, а целая река извивающихся змей. — Он умолк, явно восхищённый этим потрясающим набором ярких сравнений. Пока Эрагон тащил его в спальню, Орик успел поздороваться с Сапфирой, махнув ей рукой с зажатой бутылкой, и провозгласить: — Приветствую тебя, о железнозубая Сапфира! Пусть чешуя твоя сияет столь же ярко, как угли в горне Морготала.

«Здравствуй, Орик, — беззвучно ответила ему Сапфира, свешивая голову с края своего ложа. — Что привело тебя в такое состояние? Ты просто сам на себя не похож»."

"— Что привело меня в такое состояние? — удивлённо повторил Орик вслух и упал в поспешно пододвинутое Эрагоном кресло. Его короткие ноги повисли в нескольких дюймах от пола, и он горестно покачал головой. — Красная шапка, зелёная шапка — так и мелькают! Эльфы, эльфы, кругом одни эльфы! Меня уже просто тошнит от тонкостей их языка и их трижды проклятой учтивости! Какие-то все они бескровные, бесплотные. И неразговорчивые, ужас! Да, господин мой, нет, господин мой, три мешка этих «господин мои», а толку чуть! — Он с прискорбием посмотрел на Эрагона. — И что я должен делать, пока ты вожжаешься со своим Оромисом? Мне что, сидеть сложа руки, пока я в камень не превращусь от безделья и не присоединюсь к духам предков? Скажи мне, о, премудрый Всадник!

«У тебя разве нет никаких умений или увлечений, которыми ты мог бы занять себя?» — спросила Сапфира.

— Есть, конечно, — откликнулся Орик. — Я очень даже приличный кузнец — если хотите знать. Но для кого мне здесь ковать блестящие доспехи и оружие? Ведь эльфы наше оружейное искусство совершенно не ценят. Я тут совершенно бесполезен. Столь же бесполезен, как трехногий фельдуност в горах!

Эрагон протянул руку к его бутылке.

— Можно мне?

Орик попытался сосредоточить на нем свой взор, но это ему не удалось, он поморщился и отдал Эрагону бутылку.