Эрагон. Книги 1-4

И в ту же секунду Эрагон, совершив мощное усилие, проник в мысли Дурзы, прорвав его ослабевшую защиту. Поток странных образов сразу заполнил его сознание, образы эти стремительно сменяли друг друга…

Вот Дурза ещё совсем юный, он ведёт кочевую жизнь, вместе с родичами бродя по пустыне. Племя изгнало их, назвав его отца «предателем, нарушившим клятву». Только зовут его ещё не Дурза, а Карсаиб — это имя все время тихо повторяет его мать, расчёсывая сыну волосы…"

"Шейд дико завертелся на месте, лицо его скривилось от боли. Эрагон попытался совладать с потоком воспоминаний, но мощь этого потока была слишком велика.

Вот Карсаиб (Дурза) стоит на холме, над могилами своих родителей, и плачет, сожалея, что и его самого тоже не убили. Потом поворачивается и, пошатываясь, бредёт прочь, в пустыню…

Дурза шагнул вперёд. В темно-красных глазах его сверкала чудовищная ненависть. Эрагон привстал, опираясь на одно колено, и приложил все свои силы, чтобы закрыть свою память для вторжения извне.

Вот странного вида старик обнаруживает Карсаиба среди дюн, где тот валялся при смерти. Много дней он приходил в себя, борясь со страхом, который испытал, догадавшись, что его спаситель — колдун… А потом умолял старика научить его управлять духами… И Хаэг в конце концов согласился. А Карсаиба называл «пустынной крысой»…

Эрагон уже стоял, отражая яростные атаки Дурзы, меч которого так и свистел в воздухе… В ярости своей шейд совсем позабыл про свой щит…

Долгие дни учения у колдуна Хаэга — в пустыне, под палящим солнцем — и вечная охота за ящерицами, их единственной пищей. И постепенный рост могущества — незабываемое ощущение, наполнявшее Карсаиба гордостью и уверенностью в себе. Долгие недели у изголовья больного учителя, неудачно применившего какое-то заклятие, и радость, когда он наконец поправился…

Нет времени парировать…

Разбойники напали на них ночью. Они убили Хаэга. И Карсаиб навсегда запомнил ту ярость, которая бушевала в его душе, когда он вызывал духов, чтобы отомстить убийцам. Но духи оказались сильнее, чем он рассчитывал. Они завладели его душой и телом. Он страшно кричал от боли, становясь… Да, теперь он стал… Я-ДУРЗА!!!

Меч тяжким ударом обрушился Эрагону на спину, разрубив и кольчугу, и плоть. Он закричал от боли, которая заставила его опуститься на колени. Она разрывала на части его нутро, туманом заволакивала мысли. Он покачнулся, с трудом сохраняя остатки сознания. По спине горячим ручьём текла кровь. Дурза что-то сказал, но он не расслышал.

В отчаянии Эрагон поднял к небу глаза. По щекам его текли слезы. «Вардены и гномы терпят поражение, — думал он. — И я тоже побеждён в поединке с Дурзой.