Эрагон. Книги 1-4

 — Он разорвал одеяло на широкие полосы и туго обмотал ими грудь Эрагона. Потом помог ему снова натянуть рубаху.

Эрагон даже попытался пошутить:

— Вот уж… повезло! — Как следует вздохнуть он по-прежнему не мог и стал смотреть, как Муртаг, расстегнув у Брома ворот рубахи, перевязывает ему рану. Дрожащими пальцами Эрагон приподнял повязку, и Муртаг предупредил:

— Осторожней, без повязки он может кровью истечь.

Но Эрагон, не обращая на его слова внимания, осматривал открывшуюся рану. Рана была небольшой и не казалась такой уж страшной. Но кровь тут же хлынула из неё ручьём. Эрагон уже знал (его научил этому печальный случай с Гэрроу) — раны, нанесённые раззаками, заживают очень медленно и плохо."

"Он стащил с себя перчатки, изо всех сил стараясь вспомнить слова исцеляющего заклятия. «Помоги мне, Сапфира, — умолял он дракониху. — Я слишком слаб, чтобы справиться с этим в одиночку».

Сапфира, нахохлившись, нависла над Бромом. Она не сводила с него глаз, и Эрагон почувствовал, что их мысли слились, а тело словно наполнилось новыми силами. И теперь он смог полностью сосредоточиться на составлении заклятия. Рука его, простёртая над раной Брома, слегка дрожала, когда он сказал: «Вайзе хайль!» Пятно на ладони вспыхнуло ярким светом, и рана у Брома в боку вдруг затянулась сама собой без следа. Муртаг внимательно следил за ним.

Все произошло очень быстро. Вскоре рука перестала светиться, а сам Эрагон прилёг на землю, от усталости его даже подташнивало.

«Мы никогда ещё такого не делали!» — сказал он Сапфире с гордостью.

«Да, и вместе мы можем творить такие заклятия, которые каждому по отдельности неподвластны».

Муртаг, осмотрев бок Брома, спросил:

— Он что же, полностью поправился?

— Я смог исправить только внешний ущерб. Я пока маловато знаю и не в силах исправлять повреждения, нанесённые душе. Теперь дело за ним самим. Я больше ничего не могу. — Эрагон на мгновение даже глаза прикрыл, чувствуя смертельную усталость. — Моя… голова точно в тумане…

— Может, поешь немного? — предложил Муртаг. — Ты сильно ослабел. Давай-ка я сварю суп.

Пока он готовил еду, Эрагон пытался угадать, кто он такой. Лук и меч у него отменные, да и рог тоже. То ли это вор, то ли человек очень богатый — очень! Но почему он выслеживал раззаков? Чем они ему так навредили? А что, если он связан с варденами?

Муртаг протянул Эрагону миску, полную ароматного супа, и он вскоре выскреб её до дна.

— Сколько времени прошло после схватки с раззаками? — спросил Эрагон, насытившись.

— Несколько часов.

— Тогда нам лучше поскорее отсюда убраться, пока они не вернулись с подкреплением.

— Ты, я думаю, ещё сможешь ехать верхом, а вот он — нет. — И Муртаг указал на Брома. — Рана у него слишком опасная, да и в сознание он так и не приходил.