Эрагон. Книги 1-4

Носилки с Верховным Жре­цом они, конечно, бросили, и тот, откатившись в сторону, оказался на одной из каменных скамей и лежал там, изви­ваясь, точно личинка мясной мухи.

Эрагон буквально в несколько секунд тремя быстрыми ударами прикончил остальных послушников, за исключе­нием того, чью шею Солембум продолжал терзать когтями и клыками.

Убедившись, что противники мертвы, Эрагон повер­нулся к Верховному Жрецу, чтобы нанести ему послед­ний, смертоносный удар. Вдруг он почувствовал, что в его сознание проникают мысли этого жалкого, лишен­ного конечностей существа. Жрец стремился пробрать­ся в самые сокровенные уголки его души и завладеть ею, подчинить ее себе. Столь неожиданная и яростная мыс­ленная атака вынудила Эрагона прекратить сражение и полностью сосредоточиться на защите от неожиданно­го «оккупанта»."

"Краешком глаза он видел, что Арья с Солембумом как-то странно застыли, словно лишившись способности дви­гаться. И только травница Анжела, хоть и задержалась на мгновение в начале этой новой атаки, но все же двигалась по направлению к Эрагону медленной, чуть шаркающей походкой.

Верховный Жрец не сводил с Эрагона глаз, глубоко сидящих, обрамленных темными кругами, горевших нена­вистью и злобой. Эрагон не сомневался: если бы у жреца были руки и ноги, он наверняка попытался бы ногтями вы­рвать сердце у него из груди. Но и теперь во взгляде жреца было столько злобы и ненависти, что Эрагон не удивил­ся бы, если б тот соскользнул со скамьи и подполз к нему, яростно кусая за лодыжки.

Атака на его сознание усилилась, как только жрец за­метил, что к Эрагону приблизилась Анжела. Верховный Жрец оказался куда более умелым противником, чем любой из его подчиненных. Вступить в поединок разума одновременно с четырьмя различными соперниками и представлять собой при этом весьма ощутимую угрозу для каждого из четырех — это было, безусловно, достойно уважения. Особенно если учесть, что против изувечен­ного жреца выступали эльфийка, Всадник, ведьма и кот-оборотень. Верховный Жрец явно обладал одним из самых мощных и заслуживающих восхищения разумов. Во вся­ком случае, Эрагон с таким еще никогда не сталкивался. И не без оснований подозревал: если бы не помощь това­рищей, он вполне мог и не устоять под мощным натиском этого жуткого существа. Жрец оказался способен на такие вещи, которые самому Эрагону были пока недоступны. Он, например, связывал прямые мысли Эрагона, направлен­ные Арье и Солембуму, и ухитрялся настолько их запутать, что в какое-то мгновение Эрагон утрачивал всякое пред­ставление даже о себе самом.