Эрагон. Книги 1-4

Сунув руку за пазуху, он поддел большим пальцем пере­вязь Белотха Мудрого, с удовольствием ощутив тяжесть двенадцати безупречных алмазов, спрятанных в ней. Ран­ним утром он пошел на задний двор, где повара забивали кур и овец, чтобы накормить варденов завтраком, и пере­нес энергию умирающих животных в алмазы Белотха. Он ненавидел подобные операции. Когда он вступал в мыслен­ный контакт с умирающим животным или птицей — если у того, разумеется, еще была цела голова, — то страх и боль несчастного существа становились его страхом и болью, а потом бедняга ускользал в пустоту, и Эрагон каждый раз чувствовал, будто умирает с ним вместе. Это было просто ужасно, и душу его охватывала паника. Поэтому, когда было возможно, он старался шепнуть обреченным животным не­сколько слов на древнем языке, чтобы хоть как-то успоко­ить их, утешить и умерить их боль. Иногда ему это удава­лось, а иногда — нет. Хотя все эти животные, так или иначе, должны были умереть, он все равно каждый раз страдал: ему казалось, что это он виновен в их смерти. И он чувство­вал себя нечистым, словно выпачканным в грязи.

Теперь перевязь Белотха Мудрого стала намного тяже­лее, ибо в ней была спрятана сила многих убитых живот­ных. Но даже если бы спрятанные в перевязи алмазы сами по себе ничего не стоили, для Эрагона эта перевязь все равно была бы дороже золота — ведь сколько жизней было отдано, чтобы наполнить ее могуществом!

Когда Вирден перестал петь, Арья спросила:

— Ну что, нашел?

— Сюда, — указал Вирден и встал.

Облегчение и одновременно волнение охватили душу Эрагона: «Джоад оказался прав!»

Вирден повел их по дороге через холмы, затем они спу­стились в какой-то овраг, почти незаметный в складках земли.

— Вход в туннель должен быть где-то здесь, — сказал эльф и указал на западный край оврага.

Анжела усилила волшебный свет, и они принялись ис­кать вход, прощупывая берег оврага и тыкая в землю палка­ми. Дважды Эрагон обдирал лодыжки, спотыкаясь о стволы упавших деревьев, и порой даже шипел от боли, жалея, что не надел поножи. Но поножи, как и прочие доспехи, а также Щит остались в лагере. Подобное облачение привлекло бы к ним в городе слишком много ненужного внимания.

Искали они минут двадцать, двигаясь плотным стро­ем, и наконец Эрагон услыхал звон металла и тихий окрик Арьи: «Сюда!»

Все поспешили к ней. Арья стояла у небольшой, зарос­шей кустами ложбинки. Раздвинув ветки кустов, она пока­зала им вход в выложенный камнями туннель в пять футов в высоту и три в ширину. Вход прикрывала ржавая метал­лическая дверца.

— Смотрите, — сказала Арья, указывая на землю.

Эрагон присмотрелся: к туннелю вела тропинка, явно протоптанная множеством прошедших здесь ног.