Эрагон. Книги 1-4

Будь что будет, решил он, а вести ненужную борьбу с решениями судьбы он не станет.

— Готов? — спросила Арья, заметив, что он снова от­крыл глаза.

— Готов.

Они встали в исходную позицию и на какое-то время замерли — каждый ожидал, что противник первым начнет атаку. Солнце было справа от Эрагона, и это означало, что если он атакует Арью слева, то солнце ударит ей прямо в глаза. Он такие штуки пробовал и раньше, но безуспеш­но. Однако сейчас он придумал такое продолжение этого броска, которое вполне могло оказаться удачным.

Он знал, что Арья не сомневается в своей способно­сти так или иначе одержать над ним верх, хотя наверняка учитывает и его возможности, а также его страстное жела­ние победить. Однако она выиграла почти все их поедин­ки, и этот опыт вселил в нее уверенность, что победить ей будет нетрудно, даже если в душе у нее и сохранились какие-то сомнения. Таким образом, понял Эрагон, ее уве­ренность в себе — это одновременно и ее слабость.

«Она считает, что гораздо лучше меня владеет мечом Может, оно и так, но можно попытаться обратить против нее же ее собственные честолюбивые ожидания. Они-то ее в итоге и погубят! »

Он чуть продвинулся вперед и улыбнулся Арье точно так же, как она только что улыбалась ему. Но сейчас лицо ее казалось совершенно непроницаемым. И через какое-то мгновение она ринулась в атаку, явно намереваясь прон­зить противника насквозь и пришпилить к земле.

Эрагон отскочил назад, чуть отклонившись при этом вправо, сознательно направляя туда и Арью. Она резко затормозила и замерла, точно дикий зверь, застигнутый врасплох на открытой поляне. Затем описала мечом полу­круг перед собой, но с Эрагона глаз не сводила, и он вдруг подумал: и она ведь знает, что за ними наблюдает Глаэдр, а потому и ведет себя более решительно, желая непремен­но показать себя с наилучшей стороны.

И тут Арья смутила его, издав негромкое, совершен­но кошачье урчание. Как и та ее ободряющая улыбка, это урчание было очередной уловкой, призванной сбить его с толку. И отчасти эта уловка сработала, однако Эрагон был настороже, ибо уже привык ожидать от нее чего-ни­будь в этом роде."

"Арья одним прыжком по диагонали пересекла рассто­яние между ними и принялась наносить ему тяжелые кру­ченые удары, которые он блокировал щитом, позволяя ей сколько угодно атаковать и не оказывая почти никакого сопротивления, словно ее удары были слишком сильны и он может только защищаться. С каждым новым мощным ударом, весьма болезненно отдававшимся в руке и плече, Эрагон все сильней отступал вправо и даже слегка поша­тывался, желая усилить впечатление того, что его неуклон­но теснят. Но он по-прежнему оставался абсолютно споко­ен и сосредоточен — пуст.