Эрагон. Книги 1-4

Однако, к его ужасу, эльф продолжал наступать:

«В таком случае и ты не обвиняй нас в том, что нам не удалось должным образом подготовить Эрагона, ибо за это должен нести ответственность ты, Старейший, а вовсе не мы. Весь наш народ вместе с тобой оплакивает гибель Оромиса, все мы сочувствуем твоему безмерному горю, но ты не можешь ожидать от нас жалости и особо­го снисхождения к твоим переживаниям, когда мы всту­пили в войну с самым страшным, смертельным нашим врагом — с тем, кто уничтожил почти всех представите­лей твоего народа и убил твоего Всадника!»

Теперь ярость Глаэдра напоминала извержение вулка­на. Черная, ужасная, ярость эта билась о сознание Эраго­на с такой силой, что, казалось, внутри у него сейчас все треснет и развалится, и душа его трепетала, точно жалкий парус на ураганном ветру. Случайно глянув на противопо­ложный край поля, он заметил группу варденов, которые, побросав на землю оружие, стиснули руками виски, мор­щась от невыносимой головной боли.

«Жалость, снисхождение?!» — проревел Глаэдр. Каза­лось, он с трудом выталкивает из себя каждое слово, и каж­дое его слово звучало, как приговор судьбы. И Эрагон чувствовал, что где-то в глубинах души дракона зарожда­ется нечто ужасное, и, если дать этому ужасному зароды­шу созреть, это может стать причиной множества печалей и сожалений.

И тут заговорила Сапфира. Ее мысли легко, точно во­шедший в воду нож, пресекли бушующие страсти Глаэдра.

«Учитель, — сказала она, — я все это время тревожилась о тебе. Приятно узнать, что ты снова крепок и здоров ду­шою. Никто из нас не может сравниться с тобой в мудро­сти и могуществе, и поверь: нам очень нужна твоя помощь. Без тебя мы не можем даже надеяться на победу над Галь­баториксом и Империей».

Глаэдр что-то грозно прогрохотал, но не стал преры­вать Сапфиру презрительными замечаниями или оскор­блениями, не отказался ее слушать. Похоже, ее лесть до­ставляла ему удовольствие, хотя и весьма незначительное. В конце концов, решил Эрагон, если драконы на что-то и могут клюнуть, так точно на лесть, и кто-кто, а Сапфира это знает отлично.

Не умолкая и не давая Глаэдру времени на ответ, Сап­фира продолжала:"

"«Поскольку ты больше уже не можешь пользоваться своими крыльями, позволь мне предложить тебе свои — в замену. Воздух спокоен, небо чисто, и было бы так прият­но полетать высоко над землею, выше, чем осмеливаются летать даже орлы. После столь долгого заключения внутри Элдунари ты должен постараться оставить в прошлом все тяжкие размышления и снова ощутить, как прекрасно па­рить в восходящих потоках воздуха».

Черная буря в душе Глаэдра немного утихла, но все еще была достаточно мощной и грозной, готовой в любую ми­нуту вскипеть с новой силой.

«Это… было бы приятно».

«В таком случае мы полетим вместе.