Эрагон. Книги 1-4

И с тех пор они жили счастливо, но, если честно, Террин все же до самой старости немного побаивался кроликов. Вот что па самом деле произошло тогда в Квотхе.

Когда Анжела умолкла, коты-оборотни благодарно за­мурлыкали, а ургалы стали издавать негромкое утробное ворчание, означавшее, видимо, высшее одобрение.

— Ты рассказала хорошую историю, Улутхрек, Пожирательница Луны, — сказал Гарцвог, и голос его прозвучал гулко, точно эхо скатившегося с горы валуна.

— Спасибо.

— Но рассказывала ты не так, как я когда-то слышал у гномов, — заметил Эрагон, выходя в круг света.

Лицо Анжелы оживилось:

— Ну, вряд ли можно ожидать от гномов признания в том, что они были во власти какого-то кролика! А ты что же, все это время в тени прятался?

— Нет, только несколько последних минут, — признал­ся Эрагон.

— В таком случае ты пропустил самую лучшую часть истории, а сегодня я более не расположена ее повторять. У меня и так уже горло пересохло — так долго я рассказывала.

И Эрагон подошвами ног ощутил, как задрожала зем­ля, — это поднимались на ноги куллы и остальные ургалы, к величайшему неудовольствию котов-оборотней. Некоторые коты даже громко взвыли, протестуя против того, что их столь небрежно роняют на землю.

Глядя на жутковатые рогатые морды ургалов, скло­нившиеся над костром, Эрагон с трудом подавил желание схватиться за рукоять меча. Даже после того, как он столь­ко раз сражался вместе с ургалами, столько путешествовал и охотился вместе с ними и даже не раз забирался к неко­торым из них в мысли, пребывание в их обществе все еще вызывало у него некоторую оторопь. Где-то в душе он по­нимал, что теперь они союзники варденов, но тело его не могло забыть того цепенящего ужаса, который охватывал его в былые времена, когда ему приходилось иметь дело с такими могучими противниками.

Гарцвог вытащил что-то из кожаного мешочка, кото­рый носил на поясе, и, протянув над огнем свою толстен­ную лапищу, передал эту вещь Анжеле. Та отложила свою пряжу и приняла подношение в сложенные лодочкой ладо­ни. Это был довольно грубый стеклянный шар цвета мор­ской волны, посверкивающий белыми искрами, точно су­хой снежок. Анжела опустила шар в рукав своего одеяния и снова взяла в руки веретено.

А Гарцвог сказал:

— Ты должна иногда приходить в наш лагерь, Улутхрек, и мы будем рассказывать тебе свои истории, много историй. У нас и сказитель свой есть. Хороший. Когда слу­шаешь, как он рассказывает легенду о победе Нар Тулкхка в сражении при Ставароске, просто кровь кипеть начина­ет и хочется завыть на луну и скрестить рога с самым силь­ным соперником.

— Ну, это еще зависит от того, есть ли у тебя рога, что­бы их с кем-то скрестить, — заметила Анжела. — Для меня было бы большой честью посидеть с вами и послушать ваши истории.